Month: July 2025

https://en.wikipedia.org/wiki/Bork_(company)

https://www.bork.ru/

Для тех, кто не в кур­се — «bork», «borked» в слен­го­вом англий­ском (осо­бен­но сре­ди айтиш­ни­ков) озна­ча­ет «сло­ман», «неис­пра­вен».

Если у вас on-prem вер­сия 2019 — бегом про­ве­рять­ся и пат­чить­ся.

Если у вас SharePoint 2016 — поздрав­ляю тебя, Шарик, ты бал­бес, отклю­чай­те от интер­не­та нахер и к соот­вет­ству­ю­щей мате­ри. 0‑day с оцен­кой в 9.8 из 10 — это вам не шут­ки.

Сезон коше­ния тра­вы в раз­га­ре. Каж­дую неде­лю — пожа­луй­те, гос­по­дин поме­щик, стри­ги­те своё поме­стье. В нашем суб­тро­пи­че­ском кли­ма­те это, увы, явля­ет­ся суро­вой необ­хо­ди­мо­стью — в высо­кой тра­ве момен­таль­но раз­во­дит­ся туча насе­ко­мых. И если куз­не­чи­ки-то фиг с ними, то вот с кле­ща­ми уже не фиг. Кле­ще­во­го энце­фа­ли­та, сла­ва Аскле­пию, в Новом Све­те (пока) нет, а вот с кле­ще­вым бор­ре­ли­о­зом (болезнь Лай­ма) или пят­ни­стой лихо­рад­кой у нас усё в пов­ным парад­ку. Потом, здесь с ядо­ви­ты­ми пау­ка­ми всё тоже пре­крас­но. Меня уку­си­ла чёр­ная вдо­ва один раз. Мне, зна­е­те, не понра­ви­лось. Два дня лежал без сил и бле­вал.

И с ядо­ви­ты­ми зме­я­ми всё хоро­шо. Кобр и подоб­ных гнид у нас не водит­ся, а вот гре­му­чих змей, корал­ло­вых аспи­дов, или мед­но­го­ло­вых щито­морд­ни­ков — солить мож­но.

Коро­че, тра­ву надо косить, и нику­да от это­го не деть­ся. Раз­ве что опрыс­кать все восемь­де­сят соток участ­ка гли­фо­са­том, и засы­пать его дере­вян­ной щепой сло­ем тол­щи­ной сан­ти­мет­ров десять. И под­нов­лять каж­дый год.

Так вот, к чему я это всё. С это­го лета буду при­вле­кать к рабо­те над участ­ком стар­ше­го бар­чу­ка. За руль трак­то­ра или за рыча­ги косил­ки я его не пущу, а вот трим­ме­ром пущай пора­бо­та­ет. Я как раз трим­ме­ром нена­ви­жу рабо­тать, а он нехай при­вы­ка­ет.

Думаю купить трим­мер на бата­рей­ках. Не пото­му, что я весь из себя зелё­ный, нет. Про­сто трим­ме­ры на бата­рей­ках тупо лег­че бен­зи­но­вых. Да, себе бы я такой не купил — у меня бен­зи­но­вая Хусквар­на есть на трид­цать пять куби­ков, мащи­на-звер, слю­щай. А бата­рей­ный ребён­ку или жен­щине — самое оно.

Так вот прак­ти­че­ски все про­из­во­ди­те­ли бата­рей­ных трим­ме­ров не рас­ска­зы­ва­ют всей прав­ды. Они не гово­рят глав­но­го — сколь­ко эта шту­ка весит. Даже Хусквар­на, к кото­рой я вооб­ще-то обыч­но поло­жи­тель­но отно­шусь. Но они хотя бы гово­рят, что ука­зы­ва­е­мый вес — без бата­рей­ки:

Гов­но­про­из­во­ди­те­ли гов­но­ма­рок, типа «Кобаль­та», не сооб­ща­ют и это­го:

Что это? С бата­рей­кой? Без бата­рей­ки? А чорт его зна­ет!

И един­ствен­ная мар­ка, кото­рая чест­но пуб­ли­ку­ет всю инфор­ма­цию, это «Штиль»:

Наде­юсь, чей про­дукт я куп­лю в резуль­та­те, оче­вид­но 🙂

«Зако­ло­чен­ное окно в Евро­пу». Ней­ро­холст, ней­ро­мас­ло, чатжпт.

В ком­мен­та­ри­ях к преды­ду­щей запи­си было выска­за­но здра­вое сомне­ние — а дей­стви­тель­но ли рус­ское ядер­ное ору­жие спо­соб­но до сих пор угро­жать услов­но­му «Запа­ду»? Здра­вое — пото­му что гля­дя, напри­мер, на «успе­хи» рос­сий­ско­го чер­но­мор­ско­го фло­та на войне с Укра­и­ной, дей­стви­тель­но невоз­мож­но не усо­мнить­ся в бое­спо­соб­но­сти всех про­чих родов войск, вклю­чая РВСН.

Дей­стви­тель­но, ядер­ное (вер­нее, тер­мо­ядер­ное) ору­жие тре­бу­ет посто­ян­но­го обслу­жи­ва­ния. От повы­шен­ной ради­а­ции может отка­зать элек­тро­ни­ка. Обыч­ная взрыв­чат­ка, ини­ци­и­ру­ю­щая ядер­ный запал, тоже хими­че­ски рас­па­да­ет­ся и может тре­бо­вать заме­ны. Кро­ме того, в любой тер­мо­ядер­ной бое­го­лов­ке есть источ­ник ней­тро­нов, необ­хо­ди­мый для ини­ци­а­ции тер­мо­ядер­ной реак­ции. Это три­тий или смесь дей­те­рия-три­тия. У три­тия есть осо­бен­ность — он радио­ак­ти­вен, и пери­од полу­рас­па­да у него две­на­дцать с копей­ка­ми лет. Более того, после того, как он про­хо­дит бета-рас­пад, он пре­вра­ща­ет­ся в гелий‑3, кото­рый не толь­ко не явля­ет­ся источ­ни­ком ней­тро­нов, а совсем наобо­рот — явля­ет­ся их погло­ти­те­лем. То-есть, хошь-не хошь, а его надо менять, и обыч­но меня­ют раз в пять лет. Если так не делать, то мощ­ность бое­го­лов­ки будет сни­же­на. Ска­жем, вме­сто стан­дарт­ных 475 кило­тонн (аме­ри­кан­ская бое­го­лов­ка W88) на выхо­де будет толь­ко 100. Или же тер­мо­яд­ка вооб­ще не зажжёт­ся, и полу­чит­ся толь­ко мощ­ность ини­ци­и­ру­ю­ще­го ядер­но­го заря­да, а там 20 кило­тонн или даже мень­ше.

Из-за это­го на обслу­жи­ва­ние одних толь­ко суще­ству­ю­щих бое­го­ло­вок Соеди­нён­ные Шта­ты в год тра­тят при­мер­но 23 (два­дцать три) мил­ли­ар­да дол­ла­ров.

Зако­но­мер­но воз­ни­ка­ет вопрос — а как у Рос­сии с их обслу­жи­ва­ни­ем? Как, напри­мер, с источ­ни­ка­ми три­тия? Три­тий на дере­вьях не рас­тёт, что­бы его полу­чить, надо спе­ци­аль­ным обра­зом облу­чать литий.

С источ­ни­ка­ми три­тия в Рос­сии сей­час хуже, чем было в СССР. Рань­ше три­тий изго­тав­ли­ва­ли в избы­точ­ных коли­че­ствах на пред­при­я­тии Маяк. Но реак­тор для про­из­вод­ства три­тия был оста­нов­лен в 1987 году. Сей­час Маяк про­из­во­дит три­тий, но в неболь­ших коли­че­ствах. Так­же на Мая­ке зани­ма­ют­ся пере­ра­бот­кой ста­ро­го три­тия. Три­тий ведь, повто­рюсь, рас­па­да­ет­ся в гелий‑3, соот­вет­ствен­но, всё, что надо сде­лать — это раз­де­лить ещё остав­ший­ся три­тий и полу­чив­ший­ся гелий и впе­рёд, «баба ягод­ка опять». Бла­го, совет­ская власть в своё вре­мя нара­бо­та­ла три­тия доста­точ­ное коли­че­ство.

Вывод: у Рос­сии доста­точ­но три­тия, что­бы обслу­жи­вать суще­ству­ю­щий парк бое­го­ло­вок. У них его недо­ста­точ­но, что­бы, напри­мер, рез­ко рас­ши­рить ядер­ный арсе­нал. Но под­дер­жи­вать суще­ству­ю­щий в поряд­ке — для это­го вполне хва­тит.

Для справ­ки: Соеди­нён­ные Шта­ты тоже в своё вре­мя оста­но­ви­ли реак­тор, нахо­дя­щий­ся на пред­при­я­тии «Саван­на-Ривер» (Южная Каро­ли­на) для про­из­вод­ства три­тия, в 1988 году. Но уже в 2003 году про­из­вод­ство три­тия пере­за­пу­сти­ли в шта­те Тен­нес­сии, исполь­зуя мощ­но­сти АЭС Уоттс-Бар.

Цен­тры про­из­вод­ства и обслу­жи­ва­ния ядер­ных бое­при­па­сов — ВНИИЭФ и ВНИИТФ — тоже живы и здо­ро­вы. В‑общем, лич­но у меня нет осно­ва­ний что­бы пес­си­ми­стич­но (или опти­ми­стич­но — это уж как вы лич­но смот­ри­те) оце­ни­вать состо­я­ние РВСН как «нера­бо­чее». Понят­ное дело, мне неиз­вест­но, а как там, напри­мер, у РВСН со свя­зью, напри­мер. Пото­му что как со свя­зью у армии Рос­сии мы уже виде­ли — пона­ча­лу вооб­ще обыч­ные радио­лю­би­те­ли её пере­хва­ты­ва­ли. Но в том, что каса­ет­ся бое­го­ло­вок и ракет — всё долж­но быть нор­маль­но.

Все­гда инте­рес­но читать про то, как одну и ту же тех­ни­че­скую зада­чу раз­ные стра­ны и инже­нер­ные куль­ту­ры реша­ют по-раз­но­му. Вот, ска­жем, ядер­ное ору­жие. Ядер­ная три­а­да — это назем­ные МКБР, БРПЛ (раке­ты на под­вод­ных лод­ках), и бом­бе­ры.

С бом­бе­ра­ми всё у США и Рос­сии обсто­ит более-менее оди­на­ко­во, раз­ве что у Рос­сии есть сверх­зву­ко­вые бом­бар­ди­ров­щи­ки, а у США их нет; зато у аме­ри­кан­цев есть стелс-бом­бар­ди­ров­щи­ки, а у Рос­сии нет.

А вот назем­ные раке­ты и раке­ты на под­лод­ках — фило­со­фия очень раз­ная.

Напри­мер, для США БРПЛ — это ору­жие пер­во­го уда­ра с под­лёт­ным вре­ме­нем 8–10 минут. Из ней­траль­ных вод запу­стил и всё — лететь там неда­ле­ко. А Рос­сия к БРПЛ отно­сит­ся как к ору­жию вто­ро­го уда­ра (уда­ра воз­мез­дия). Поэто­му под­лод­ки про­ек­та 955 «Борей» в основ­ном скры­ва­ют­ся в сво­их бух­тах, где они пре­крас­но защи­ще­ны. Най­ти и уни­что­жить их слож­но, и они навер­ня­ка пере­жи­вут пер­вый удар, что­бы потом отве­тить «Була­ва­ми». Если Рос­сия будет нано­сить пер­вый удар, она будет нано­сить его раке­та­ми назем­но­го бази­ро­ва­ния.

И как раз с ними под­ход у стран очень силь­но раз­ли­ча­ет­ся. Назем­ные МКБР США — это раке­ты шахт­но­го бази­ро­ва­ния. Заглуб­лён­ность, защи­щён­ность этих ракет пред­по­ла­га­ет их выжи­ва­е­мость ради нане­се­ния ответ­но­го уда­ра.

У Рос­сии раке­ты шахт­но­го бази­ро­ва­ния тоже есть, но основ­ная часть ракет — это раке­ты на мобиль­ных пус­ко­вых уста­нов­ках Тополь‑М и Ярс. И выжи­ва­ют они не за счёт сверх­за­щи­щён­но­сти и десят­ков мет­ров бето­на, а имен­но что за счёт мобиль­но­сти.

Погля­дим на одну из баз РВСН 54‑й ракет­ной диви­зии, рас­по­ло­жен­ных в рай­оне Тей­ко­во, что в Ива­нов­ской обла­сти. В Вики­пе­дии напи­са­но, что на каж­дой базе рас­по­ло­же­но девять ракет Тополь‑М или Ярс. И точ­но, девять, я стре­лоч­ка­ми отме­тил укреп­лён­ные анга­ры, в кото­рых рас­по­ло­же­ны пус­ко­вые уста­нов­ки:

При тре­во­ге они отту­да в тече­ние несколь­ких минут долж­ны из анга­ров выехать и разъ­е­хать­ся по окру­жа­ю­щим базу лес­ным мас­си­вам, где най­ти их уже будет непро­сто. Если не успе­ют, то их накро­ют БРПЛ.

Очень, конеч­но, инте­рес­но, как этот баланс будет менять­ся в свя­зи с появ­ле­ни­ем дро­нов. Дро­ны вполне могут выве­сти пус­ко­вые уста­нов­ки из строя, как толь­ко те выедут из защи­щён­ных анга­ров. В этом отно­ше­нии шахт­ная МКБР зна­чи­тель­но луч­ше — её дро­ном не доста­нешь.

Да, и «что­бы два раза не вста­вать». Я вот пред­став­лял себе совет­скую систе­му «Пери­метр» («руку мерт­ве­ца») как эда­кий Скай­нет, кото­рый спо­со­бен запус­кать раке­ты авто­ном­но. Ока­за­лось, нифи­га. «Пери­метр» — это все­го лишь систе­ма опо­ве­ще­ния войск РВСН при поте­ре управ­ля­ю­ще­го цен­тра. И рабо­та­ет она доволь­но про­сто (а про­сто — зна­чит, надёж­но) — взле­та­ет раке­та с радио­пе­ре­дат­чи­ком, по суб­ор­би­таль­ной тра­ек­то­рии летит над всей стра­ной, и по радио пере­да­ёт при­ка­за­ния о запус­ке ракет и коды запус­ка. То-есть, МКБР всё рав­но долж­ны запус­кать люди, а не некий Скай­нет. «Скай­нет» толь­ко запус­ка­ет раке­ту с радио­ма­тю­галь­ни­ком.

У США систе­мы «Пери­метр» нет, пото­му что аме­ри­кан­цы не счи­та­ют пра­виль­ным пере­да­вать кон­троль над ядер­ным ору­жи­ем «Скай­не­ту» (пере­сра­ли в 1979 году из-за сбо­ев в систе­мах опо­ве­ще­ния) — но при этом вся систе­ма воен­ных ком­му­ни­ка­ций постро­е­на по-дру­го­му. При тре­во­ге в США взле­та­ют сра­зу несколь­ко воз­душ­ных команд­ных цен­тров (в про­сто­ре­чии — «само­лё­тов суд­но­го дня», doomsday planes), кото­рые под­дер­жи­ва­ют связь меж­ду собой через несколь­ко груп­пи­ро­вок спут­ни­ков, и могут даже свя­зы­вать­ся с под­лод­ка­ми через сверх­длин­ные вол­ны. Пола­гаю, в воз­ду­хе с этой бан­ду­ры может раз­ма­ты­вать­ся мно­го­ки­ло­мет­ро­вая антен­на, необ­хо­ди­мая для пере­дач на VLF. Все­го таких само­лё­тов в США 16 штук. Пол­ная поте­ря управ­ле­ния при таких ввод­ных пред­став­ля­ет­ся мало­ве­ро­ят­ной.

Повто­рюсь, все­гда инте­рес­но гля­деть на то, как раз­ные куль­ту­ры по-раз­но­му реша­ют оди­на­ко­вые про­бле­мы.

Люб­лю ино­гда смот­реть раз­ные сло­ва в сла­вян­ских язы­ках. Ино­гда полу­ча­ет­ся забав­но, ино­гда непо­нят­но, но все­гда — поучи­тель­но.

Бол­гар­ское сло­во дня — «люта чуш­ка». Это «ост­рый перец». Поче­му «люта» — понят­но, пото­му что «злоб­ный». А вот поче­му «чуш­ка» — уже неяс­но, так как думал, что перец на бол­гар­ском обыч­но назы­ва­ют «пипер».

Одна­ко выяс­ни­лось, что в бол­гар­ском во-пер­вых, есть раз­ни­ца меж­ду запад­ным и восточ­ным наре­чи­ем язы­ка, и в одном чаще встре­ча­ет­ся «пипер», а в дру­гом — «чуш­ка», а во-вто­рых, «пипер» — это обыч­но отно­сит­ся к бол­гар­ско­му (хехе) пер­цу, более исполь­зу­е­мо­го в роли спе­ции (спе­ции, кста­ти, это «под­прав­ки» на бол­гар­ском — чорт, как это логич­но, спе­ци­я­ми же «под­прав­ля­ют» вкус!), а «чуш­ка» — это все­гда лютый, злоб­ный перец систе­мы чили, или ещё чего поядер­ней.

Кста­ти, чем боль­ше смот­ришь в сла­вян­ские язы­ки, тем боль­ше видишь, что сла­вян­ские язы­ки цен­траль­ной и цен­траль­но-восточ­ной Евро­пы име­ют меж­ду собой исклю­чи­тель­но мно­го обще­го. Зна­чи­тель­но боль­ше, чем любой из сла­вян­ских язы­ков с рус­ским, за исклю­че­ни­ем, навер­ное, толь­ко бело­рус­ско­го — я его даже на слух пони­маю непло­хо. Намно­го луч­ше, чем укра­ин­ский. А, ска­жем, сло­ва­ки и чехи вооб­ще друг дру­га пони­ма­ют без про­блем, да и поляк их пой­мёт. Сло­вен­ский язык будет понят чер­но­гор­цем, а уже про серб­ский и хор­ват­ский и гово­рить нече­го, их рань­ше вооб­ще в еди­ный язык объ­еди­ня­ли, сер­бо-хор­ват­ский. Бол­гар­ский и маке­дон­ский, при их вза­им­ной понят­но­сти, прав­да, уже хуже пони­ма­е­мы дру­ги­ми сла­вя­на­ми — ска­зы­ва­ет­ся мно­го­лет­нее турец­кое вли­я­ние.

К чему я? К тому, что на мой непро­фес­си­о­наль­ный взгляд, рус­ский язык зна­чи­тель­но даль­ше эво­лю­ци­о­ни­ро­вал от сво­их сла­вян­ских кор­ней, чем дру­гие сла­вян­ские язы­ки, за исклю­че­ни­ем, может быть, того само­го бол­гар­ско­го. Он про­сто испы­ты­вал дру­гие язы­ко­вые вли­я­ния, чем сла­вян­ские язы­ки цен­траль­ной Евро­пы, про­дол­жав­ших пре­крас­но кон­так­ти­ро­вать друг с дру­гом. А с каки­ми сла­вян­ски­ми язы­ка­ми в мас­се сво­ей кон­так­ти­ро­ва­ли рус­ские? Раз­ве что с укра­ин­ским и бело­рус­ским, но учи­ты­вая, что огром­ная часть что укра­ин­цев, что бело­ру­сов дву­языч­ны, никто, поди, не замо­ра­чи­вал­ся. Раз­ве что на юге Рос­сии было замет­на бли­зость Укра­и­ны — вопрос «сер­ни­ки маешь?», ско­рее все­го, не поста­вит корен­но­го жите­ля Росто­ва-на-Дону в тупик. Может быть, конеч­но, что я и неправ.

Хоро­шая, конеч­но, клюк­ва, раз­ве­си­стая.

Я не буду уда­лять­ся в какое-то там заклё­поч­ни­че­ство, нет. К тому же тут нет безум­ной стрель­бы на дистан­цию в три кило­мет­ра и подоб­ной ере­си, хотя писто­ле­ты с бес­ко­неч­ны­ми патро­на­ми таки встре­ча­ют­ся. Я о самом сюже­те сери­а­ла, кото­рый чем даль­ше длит­ся, тем ста­но­вит­ся неве­ро­ят­нее.

Самые пер­вые серии — самые луч­шие. Тут мы как раз видим осно­ва­тель­но затю­кан­но­го жиз­нью дедуш­ку, чья пара­нойя вдруг ока­зы­ва­ет­ся оправ­дан­ной. Вот этот пово­рот был очень кру­тым, неожи­дан­ным, и поэто­му инте­рес­ным. А потом… а потом поезд схо­дит с рельс и сюжет начи­на­ет счи­тать шпа­лы.

Я не ска­жу, что сери­ал мне не понра­вил­ся. Понра­вил­ся — я отс­мот­рел все два сезо­на. ⁶⁄₁₀. Про­сто удо­вле­тво­ре­ние от каж­дой сле­ду­ю­щей серии ста­но­ви­лось всё мень­ше и мень­ше, поэто­му логич­но, что сери­ал на тре­тий сезон и далее всё же не про­дли­ли. Очень жаль — что Бри­джес, что Лит­гоу пре­крас­но сыг­ра­ли свои роли. Сце­на­рий вот под­ка­чал. За осно­ву был взят роман «Ста­рик» Тома­са Пер­ри, но от рома­на, как водит­ся, оста­лись рож­ки да нож­ки. Ни в какой Афга­ни­стан никто там не ездил ни под каким соусом. Вся эта бре­дя­ти­на была цели­ком высо­са­на из извест­но­го орга­на сце­на­ри­ста­ми.

В‑общем, сме­ша­ны мои чув­ства. Посмот­реть мож­но… но мож­но и не смот­реть.

Похо­ду, я таки смог най­ти самый урод­ли­вый дом в нашем шта­те.

Фас:

Про­филь:

Мне непо­нят­но, каким чув­ством пре­крас­но­го руко­вод­ство­ва­лись люди, этот дом постро­ив­шие. Зачем они при­де­ла­ли к кры­ше вот такие вот выпер­ды­ши — реши­тель­но неяс­но. Для кра­со­ты, что ли? А кра­со­ту чего они пока­зы­ва­ют? Асфаль­то­вой чере­пи­цы? А она, что, при­ят­ная на вид?

Осо­бен­но достав­ля­ет кры­ше­вой выпер­дыш пря­мо над вход­ной две­рью. Его ниж­няя кром­ка прак­ти­че­ски на том же уровне, как верх­няя кром­ка две­ри. Это, навер­ное, для того, что­бы вхо­дить в дом — как вле­зать в нору. Мало того — они и лам­поч­ку там пря­мо по цен­тру пове­си­ли, навер­ное, что­бы кум­по­лом о неё бить­ся.

Как обыч­но, обли­цов­ка — с бору по сосен­ке, низ кир­пич­ный, верх вини­ло­вый. И водо­сточ­ные тру­бы как буд­то спе­ци­аль­но сде­ла­ли мак­си­маль­но замет­ны­ми. Какая жут­кая жопь.

Изоб­ра­жать собой этот дом дол­жен был гол­ланд­ский нео­ко­ло­ни­аль­ный стиль (Dutch Colonial Revival), осно­во­по­ла­га­ю­щим эле­мен­том кото­ро­го явля­ет­ся эко­но­мич­ная ман­сард­ная кры­ша (gambrel roof). Такой дом доста­точ­но дёшев в построй­ке, при том, что даёт доволь­но мно­го про­стран­ства внут­ри. Ну, гол­ланд­цы — народ прак­тич­ный. Мне этот стиль не нра­вит­ся, но опре­де­лён­ная эсте­ти­ка в нём есть. Вот хоро­ший обра­зец:

А это… это чорт зна­ет, что.