Category: на вентилятор

Посту­пил вопрос от aumakua — что лич­но я и мои зна­ко­мые таки име­ем ска­зать за про­сти­ту­цию?

На лич­ном уровне мне не встре­ча­лись люди, кото­рые бы счи­та­ли, что про­сти­ту­цию нуж­но пол­но­стью запре­тить. Боль­шин­ство, как мне кажет­ся, исхо­дит из доволь­но про­стой мыс­ли: если два взрос­лых чело­ве­ка доб­ро­воль­но хотят сопри­кос­нуть­ся сли­зи­сты­ми — это, в общем-то, их лич­ное дело. Даже если за день­ги. Это во-пер­вых. А во-вто­рых, про­сти­ту­ция в пря­мой или слег­ка заву­а­ли­ро­ван­ной фор­ме (sugar babies, эскорт) всё рав­но будет все­гда. При любой вла­сти и любых мораль­ных усто­ях. Как все­гда будет вод­ка — виде­ли уже тыщу раз. Запре­ты толь­ко заго­ня­ют всё это в область тене­вой эко­но­ми­ки и в выхло­пе дают вели­ко­леп­но орга­ни­зо­ван­ную пре­ступ­ность.

Самое глав­ное — это то, что любое пре­ступ­ле­ние под­ра­зу­ме­ва­ет нали­чие потер­пев­ше­го. И имен­но это­го само­го потер­пев­ше­го в про­сти­ту­ции никто так и не может предъ­явить. А что, это удо­вле­тво­рён­ный кли­ент, что ли, «постра­дал»? Или став­шая на неко­то­рое коли­че­ство ден­зна­ков бога­че дама тут постра­да­ла? Чем это вооб­ще прин­ци­пи­аль­но отли­ча­ет­ся, напри­мер, от про­фес­си­о­наль­но­го мас­са­жа? Так кто же, спра­ши­ва­ет­ся, потер­пев­ший? Его нет. А нет постра­дав­ше­го и внят­но обо­зна­чен­но­го вре­да — нет и пре­ступ­ле­ния.

При этом, конеч­но, мало кто счи­та­ет про­сти­ту­цию какой-то высо­ко­мо­раль­ной или ува­жа­е­мой рабо­той. Но, если уж на то пошло, в мире хва­та­ет заня­тий и поху­же. Напри­мер, быть CEO ком­па­нии меди­цин­ско­го стра­хо­ва­ния. Эти ребя­та, пожа­луй, дадут фору даже про­дав­цам подер­жан­ных авто­мо­би­лей — одной из самых оди­оз­ных про­фес­сий в Аме­ри­ке.

Но преж­де чем спо­рить о запре­тах и раз­ре­ше­ни­ях, сто­ит дого­во­рить­ся о базо­вом: что вооб­ще счи­тать про­сти­ту­ци­ей?

Понят­но, что клас­си­че­ская схе­ма — секс с про­ник­но­ве­ни­ем за день­ги — сюда вхо­дит. Но где про­хо­дит гра­ни­ца?
Если кли­ен­та удо­вле­тво­ря­ют ртом — это уже про­сти­ту­ция или нет?
А если рука­ми?
А что делать с OnlyFans и про­чим кам­мин­гом?
А с эскорт-услу­га­ми и так назы­ва­е­мы­ми sugar babies, кото­рые вовсе не обя­за­тель­но пред­по­ла­га­ют сек­су­аль­ный кон­такт?

Где про­хо­дит гра­ни­ца?

Напри­мер, как нам отно­сить­ся к инсти­ту­ту гейш в Япо­нии? Фор­маль­но это не про­сти­ту­ция: гей­ши не ока­зы­ва­ют сек­су­аль­ных услуг, их зада­ча — обще­ние, раз­вле­че­ние, куль­тур­ное сопро­вож­де­ние. Или взять не менее япон­ские же hostess bars — заве­де­ния, где кли­ент пла­тит за ком­па­нию, раз­го­вор, флирт, и ощу­ще­ние вни­ма­ния. Секс не вхо­дит в услу­гу, но сама услу­га — это, по сути, опла­чи­ва­е­мая бли­зость.

Тогда воз­ни­ка­ет зако­но­мер­ный вопрос: если опла­чи­ва­е­мое вни­ма­ние и физи­че­ская или эмо­ци­о­наль­ная бли­зость допу­сти­мы в одних фор­мах, то поче­му в дру­гих — вне­зап­но ста­но­вят­ся пре­ступ­ле­ни­ем?

И где имен­но про­хо­дит та самая гра­ни­ца, после кото­рой госу­дар­ство реша­ет вме­шать­ся? По фак­ту семя­из­вер­же­ния? А если оно, про­сти­те, про­изо­шло слу­чай­но (ну, быва­ет) — это уже уго­лов­ка или ещё нет?

Так где кон­крет­но мы оста­нав­ли­ва­ем­ся — и поче­му имен­но там? Где про­хо­дит гра­ни­ца, после кото­рой чело­век ста­но­вит­ся «секс-работ­ни­ком», а до это­го — нет?

Ответ, увы, непри­ят­ный: объ­ек­тив­ной гра­ни­цы здесь нет. Есть толь­ко соци­аль­ные кон­вен­ции. И что с этим пред­ла­га­ет­ся делать?

Если упро­стить, у госу­дар­ства здесь есть три базо­вых под­хо­да:

1. Пол­но­стью запре­тить.
2. Раз­ре­шить, но лицен­зи­ро­вать и регу­ли­ро­вать.
3. Раз­ре­шить и в целом не вме­ши­вать­ся — как, напри­мер, никто не лицен­зи­ру­ет людей, кото­рые чинят ком­пью­те­ры за день­ги.

Мне бли­же про­ме­жу­точ­ная пози­ция меж­ду вто­рым и тре­тьим вари­ан­та­ми.

Я счи­таю, что госу­дар­ство в прин­ци­пе не впра­ве загля­ды­вать в посте­ли граж­дан, если там все совер­шен­но­лет­ние и соглас­ны. Это, кста­ти, вполне кон­сер­ва­тив­ная, без бал­ды, пози­ция — огра­ни­чен­ное госу­дар­ство и невме­ша­тель­ство в част­ную жизнь. Но при этом пол­но­стью отпус­кать эту сфе­ру «в сво­бод­ное пла­ва­ние» тоже, на мой взгляд, непра­виль­но.

Клю­че­вой вопрос — это мас­штаб и систем­ность.
Если это эпи­зо­ди­че­ская или побоч­ная дея­тель­ность, то, воз­мож­но, избы­точ­ное регу­ли­ро­ва­ние толь­ко заго­нит всё в тень. Но если это основ­ной источ­ник дохо­да, то логич­но тре­бо­вать опре­де­лён­ных сани­тар­ных и про­фес­си­о­наль­ных стан­дар­тов.

Мы же не удив­ля­ем­ся тому, что ресто­ра­ны про­хо­дят сани­тар­ные про­вер­ки? Поче­му здесь долж­но быть прин­ци­пи­аль­но ина­че?

Да, гра­ни­ца меж­ду «под­ра­бот­кой» и «основ­ной дея­тель­но­стью» не все­гда чёт­кая. Она будет созда­вать спор­ные слу­чаи. Но это не уни­каль­ная про­бле­ма — такие раз­мы­тые гра­ни­цы суще­ству­ют во мно­гих сфе­рах, и мы с ними как-то живём.

Какую про­бле­му это реша­ет?

Преж­де все­го — бес­пра­вие секс-работ­ни­ков.
Сей­час, если кли­ен­та, услов­но, «пере­кли­ни­ло» и он при­ме­нил наси­лие, постра­дав­шая вряд ли пой­дёт в поли­цию. Пото­му что рис­ку­ет полу­чить про­бле­мы сама. Лега­ли­за­ция сни­ма­ет этот страх и даёт базо­вую пра­во­вую защи­ту.

Но, разу­ме­ет­ся, она не реша­ет всех про­блем.

Напри­мер, лега­ли­за­ция сама по себе не устра­ня­ет секс-тра­фик, осо­бен­но свя­зан­ный с несо­вер­шен­но­лет­ни­ми. Это отдель­ная, более тяжё­лая и слож­ная тема. Но тогда воз­ни­ка­ет вопрос: а какая модель вооб­ще спо­соб­на это пол­но­стью решить? Оче­вид­но, что запрет этих про­блем тоже не устра­ня­ет — одно­го Эпш­тей­на пой­ма­ли, а сколь­ко таких ещё гуля­ет на сво­бо­де? Пять? Десять? Боль­ше?

Есть и ещё один неудоб­ный вопрос.
Если чело­век при­хо­дит в секс-рабо­ту из-за эко­но­ми­че­ско­го дав­ле­ния — это сво­бод­ный выбор или фор­ма при­нуж­де­ния? И если это при­нуж­де­ние, то чем оно прин­ци­пи­аль­но отли­ча­ет­ся от мно­же­ства дру­гих работ, на кото­рые люди идут не от хоро­шей жиз­ни? Ска­жем, нуж­ни­ки выгре­бать — кто-то идёт на эту рабо­ту пото­му что страст­но хочет этим зани­мать­ся? Или ско­рее пото­му что дома двое детей сидят, и жрать про­сят?

А если про­сти­ту­ция, и биз­нес, на ней постро­ен­ный, легаль­ны — ста­ло быть, и рекла­ма тоже легаль­на? И какую фор­му ей мож­но раз­ре­шить при­ни­мать? Огром­ные билл­бор­ды у феде­раль­ных трасс, «Толь­ко у нас! Бля­ди в режи­ме 24 на 7»? Тоже, навер­ное, нет.

Про­стых отве­тов здесь не суще­ству­ет.

Любая модель — запрет, регу­ли­ро­ва­ние или пол­ная сво­бо­да — реша­ет одни про­бле­мы и созда­ёт дру­гие. Вопрос толь­ко в том, с каки­ми про­бле­ма­ми жить луч­ше. И вопрос «а как луч­ше» — тоже не про­стой, пото­му что неоче­вид­но, по каким мет­ри­кам судить, «луч­ше» ста­ло, или наобо­рот.

Но это не зна­чит, что думать об этом не сто­ит. Ско­рее наобо­рот: имен­но из-за слож­но­сти этой темы поверх­ност­ные реше­ния здесь осо­бен­но опас­ны.

Но в целом — как я, так и моё окру­же­ние в целом счи­та­ем, что госу­дар­ство не впра­ве при­да­вать мора­ли ста­тус зако­на, и что про­сти­ту­ция не долж­на быть запре­ще­на. Всё осталь­ное — уже вопрос того, как имен­но с этим жить.

У нас штат, конеч­но, недо­ро­гой. Поэто­му цен­ник тут ещё не такой пор­но­гра­фи­че­ский, как на хол­мах Кали­фор­нии или где-нибудь у зали­ва Гуд­зон.

Но если ещё недав­но было $2.49, а теперь уже вот это — то рост полу­ча­ет­ся боль­ше чем на 50%.

Тихо посме­ять­ся могут толь­ко вла­дель­цы элек­тро­мо­би­лей — но имен­но тихо. Пото­му что цена моло­ка в бли­жай­шем супер­мар­ке­те всё рав­но попол­зёт вверх с неиз­беж­но­стью вос­хо­да солн­ца. Как и цена на всё осталь­ное, что надо вез­ти, охла­ждать, хра­нить, гру­зить, и про­да­вать.

Да, стро­го гово­ря, это не совсем та инфля­ция, кото­рой потом тря­сут в офи­ци­аль­ных таб­лич­ках и успо­ка­и­ва­ют пуб­ли­ку рас­ска­за­ми про «базо­вые пока­за­те­ли». Толь­ко уте­ше­ние это при­мер­но уров­ня «зато по мето­ди­ке всё пра­виль­но». Эффект для чело­ве­ка у кас­сы ров­но тот же самый: денег столь­ко же, а купить на них мож­но мень­ше.

«Зато у Ира­на не будет ядер­но­го ору­жия»? Цель, конеч­но, бла­го­род­ная. Но где гаран­тии? Лич­но у меня нет вооб­ще ника­кой уве­рен­но­сти, что нынеш­няя кам­па­ния дей­стви­тель­но сдви­нет эту стрел­ку туда, куда обе­ща­ют.

А сра­му-то сколь­ко, сра­му? Какой-то там Иран сумел так пере­крыть Ормуз­ский про­лив, что вся миро­вая неф­тян­ка мгно­вен­но вста­ла на уши.

И мощ­ней­шая в мире рес­пуб­ли­ка, с самым круп­ным в мире фло­том, с авиа­ци­ей послед­не­го поко­ле­ния, раке­та­ми, «умны­ми» бом­ба­ми, спут­ни­ка­ми, РЛС, ком­пью­тер­ны­ми тех­но­ло­ги­я­ми, уль­тра­со­вре­мен­ной свя­зью, и всем про­чим набо­ром импер­ско­го желе­за, может сде­лать с этим… при­мер­но них­ре­на.

Нефть уле­та­ет вверх. Бен­зин уле­та­ет вверх. Сле­дом уле­тит всё осталь­ное.

Наде­юсь, все доволь­ны.

Вот есть люди, кото­рые счи­та­ют обра­зо­ва­ние чуть ли не пана­це­ей от всех бед, вклю­чая соци­аль­ные. Мало денег? Полу­чи обра­зо­ва­ние — и будет боль­ше. На выбо­рах побеж­да­ют при­дур­ки? Обра­зо­ван­ные люди за при­дур­ков голо­со­вать не ста­нут. Люди поку­па­ют вся­кую ерун­ду и верят в любую чепу­ху? Ну уж обра­зо­ван­ные-то точ­но нет.

Осо­бен­но часто такую уве­рен­ность выра­жа­ют люди, сами заня­тые в сфе­ре обра­зо­ва­ния. Мно­гие мои аме­ри­кан­ские про­фес­со­ра тоже так счи­та­ли. Мол, мно­же­ство соци­аль­ных бед — напри­мер, расизм — про­ис­хо­дят от недо­стат­ка обра­зо­ва­ния. Доро­гие мои, если вы дади­те обра­зо­ва­ние раси­сту, на выхо­де полу­чи­те про­сто обра­зо­ван­но­го раси­ста — и всё. Это как давать пья­но­му кофе: полу­чи­те бодро­го пья­ни­цу, а вовсе не трез­во­го чело­ве­ка.

Любой тезис в духе «обра­зо­ван­ный чело­век не ста­нет…» у меня дове­рия не вызы­ва­ет. Чего имен­но не ста­нет делать обра­зо­ван­ный чело­век? В Сою­зе, меж­ду про­чим, негра­мот­ных почти не было. И что же? Не ста­нет ста­вить перед теле­ви­зо­ром бан­ки с водой и крЭмы, что­бы заря­жать их от Чума­ка? Ещё как ста­нет. Не ста­нет выби­рать на выбо­рах вся­че­ских при­дур­ков, если выбор вооб­ще есть? Да запро­сто.

Не надо путать ум и обра­зо­ва­ние. Это не одно и то же. Обра­зо­ван­ных дура­ков — нава­лом. Необ­ра­зо­ван­ных дура­ков, конеч­но, боль­ше, чем обра­зо­ван­ных, но из это­го сле­ду­ет толь­ко то, что умные люди чаще полу­ча­ют обра­зо­ва­ние. А вовсе не то, что обра­зо­ва­ние авто­ма­ти­че­ски дела­ет умных из дура­ков.

Где обра­зо­ва­ние дей­стви­тель­но может помочь — так это в раз­ви­тии кри­ти­че­ско­го мыш­ле­ния. Но вот тут у меня вопрос: а где имен­но ему все­рьёз учат? У меня, напри­мер, сте­пень маги­стра, а не про­сто школь­ный диплом, и я не могу ска­зать, что меня когда-либо систем­но учи­ли кри­ти­че­ски мыс­лить. Ско­рее пред­по­ла­га­лось, что это как-нибудь… обра­зу­ет­ся само.

И, воз­мож­но, в этом есть своя логи­ка. Пото­му что с кри­ти­че­ским мыш­ле­ни­ем та же про­бле­ма, что и с уме­ни­ем читать: научив чело­ве­ка читать, вы теря­е­те кон­троль над тем, что имен­но он будет читать. Научив его мыс­лить кри­ти­че­ски, вы теря­е­те кон­троль над тем, о чём имен­но он нач­нёт зада­вать вопро­сы.

А вдруг он нач­нёт спра­ши­вать: что на самом деле озна­ча­ет лозунг «наша цель — ком­му­низм»? Или поче­му в США мы пла­тим за меди­ци­ну боль­ше всех (как сум­мар­но, так и в пере­счё­те на рыло), а полу­ча­ем дале­ко не луч­шую систе­му? А поче­му в Рос­сии, при любых декла­ри­ру­е­мых фор­мах управ­ле­ния, раз за разом полу­ча­ет­ся крип­то-само­дер­жа­вие?

Ну, и так далее. Если такие вопро­сы нач­нут зада­вать все, у неко­то­рых ува­жа­е­мых людей могут начать­ся непри­ят­но­сти. А это­го, конеч­но, нико­му не хочет­ся.

Я ни в коем слу­чае не про­тив обра­зо­ва­ния. Нор­маль­ные день­ги у меня полу­чи­лось зара­ба­ты­вать толь­ко после полу­че­ния сте­пе­ни бака­лав­ра в аль­ме по мате­ри (go Blazers!) Но пере­оце­ни­вать обра­зо­ва­ние — и уж тем более счи­тать его лекар­ством от всех болез­ней — всё-таки не надо.

У мое­го шури­на был биз­нес по про­то­ти­пи­ро­ва­нию дета­лей.

Ска­жем, нари­со­вал инже­нер новую, улуч­шен­ную зап­часть к раке­те — и надо на неё посмот­реть в метал­ле. Не на кра­си­вый рен­дер в CAD, а на насто­я­щую желе­зя­ку. Собрать, про­ве­рить, поста­вить на виб­ро­стенд, погля­деть, как она будет себя вести в реаль­ной жиз­ни.

Если у ком­па­нии есть свои про­из­вод­ствен­ные мощ­но­сти — отлич­но. Если нет — идут к таким, как мой шурин.

— А сде­лай-ка нам вот это.
— Из алю­ми­ни­е­во­го спла­ва 7075.
— С таким хит­рым ради­у­сом.
— С допус­ка­ми, как у аэро­кос­ми­че­ской тех­ни­ки.
— Да так, что­бы на четы­рёх­ос­ном ЧПУ­я­то­ре всё это при­шлось делать.

Шурин может.

Для него и пятиос­ный ЧПУ — не экзо­ти­ка. Пла­ти­те день­ги — будет вам и 7075, и аэро­кос­ми­че­ские допус­ки.

Биз­нес у него был с 2008 года. Пере­жил Буша, Оба­му, Трам­па 1.0, Бай­де­на.

Трам­па 2.0 — не пере­жил.

Ини­ци­а­ти­вы DOGE при­кру­ти­ли ему кран­тик гос­за­ка­зов почти до нуля. А пятиос­ные ЧПУ — это такая шту­ка, кото­рая тре­бу­ет денег даже тогда, когда она не режет металл. Стан­ки надо обслу­жи­вать, арен­ду пла­тить, людей дер­жать.

В какой-то момент шурин понял, что даль­ше тянуть нель­зя. Уво­лил всех сотруд­ни­ков. Помог им устро­ить­ся на новые места. Даже реко­мен­да­тель­ные пись­ма каж­до­му напи­сал.

Сам думал пере­си­деть. Ну как же — стране ведь надо делать R&D? Не может же всё это про­сто исчез­нуть?

Ока­за­лось — может.

Мора­ли у этой исто­рии нет.

Есть толь­ко лёг­кое чув­ство иро­нии, когда оче­ред­ные ком­мен­та­то­ры рас­ска­зы­ва­ют, какой Трамп боль­шой друг Совет­ско­го Сою­за domestic manufacturing.

Рой­терс пишет, что с янва­ря 2025 года США поте­ря­ли око­ло 100 тысяч рабо­чих мест в про­из­вод­стве.

Циф­ра сама по себе не ката­стро­фи­че­ская. Но она пре­крас­но иллю­стри­ру­ет одну про­стую вещь: биз­не­сы, кото­рые живут деся­ти­ле­ти­я­ми — напри­мер, про­из­вод­ствен­ные — пло­хо пере­но­сят поли­ти­че­ский кли­мат, в кото­ром флю­гер посто­ян­но кру­тит­ся на все трид­цать два рум­ба.

Сего­дня тари­фы.
Зав­тра тари­фов не будет.
После­зав­тра уволь­ня­ем «без­дель­ни­ков».
Потом вне­зап­но выяс­ня­ет­ся, что уво­ли­лись самые луч­шие.
Потом Иран.
Потом цена неф­ти.
Потом ещё что-нибудь.

Инве­сти­ро­вать в стан­ки, зда­ния, и людей на гори­зон­те в два­дцать-трид­цать лет в такой атмо­сфе­ре — заня­тие, мяг­ко гово­ря, нерв­ное.

Да, конеч­но, были анон­сы новых заво­дов и фаб­рик.

Но анон­сы — это не рабо­чие места зав­тра. Это пре­зен­та­ции, пресс-рели­зы и кра­си­вые рен­де­ры.

А есть ещё одна вещь, о кото­рой почти никто не гово­рит.

Совре­мен­ное про­из­вод­ство не созда­ёт столь­ко рабо­чих мест, сколь­ко оно созда­ва­ло в сере­дине XX века.

Совре­мен­ный завод — это не тыся­чи рабо­чих у кон­вей­е­ра. Это авто­ма­ти­за­ция, робо­ты, несколь­ко инже­не­ров, и несколь­ко тех­ни­ков.

Поэто­му вся эта носталь­ги­че­ская пес­ня про то, как «один рабо­чий без выс­ше­го обра­зо­ва­ния кор­мил семью из четы­рёх чело­век» — она вооб­ще-то была про дру­гую эпо­ху.

Про про­шлый век.
Про мощ­ные проф­со­ю­зы.
Про совер­шен­но дру­гую эко­но­ми­ку.

Петь её сего­дня мож­но.

Но зву­чит это при­мер­но так же умест­но, как испол­нять мар­ши из опе­рет­ты на похо­ро­нах.

Замет­ка про это дело, вполне ожи­да­е­мо, вызва­ла шквал ком­мен­та­ри­ев, пото­му что она лезет в поли­ти­ку. А когда наверх выле­за­ет поли­ти­ка, люди часто отве­ча­ют эмо­ци­о­наль­но, а не рас­су­ди­тель­но. Это нор­маль­но и вполне ожи­да­е­мо.

Но давай­те немно­го порас­суж­да­ем вслух. Вот пред­ста­вим себе неслож­ную ситу­а­цию — ну, мне её и пред­став­лять не надо, пото­му что найм работ­ни­ков так­же вхо­дит в мою ком­пе­тен­цию.

Ище­те вы чело­ве­ка на долж­ность. Отзы­ва­ет­ся мно­же­ство кан­ди­да­тов. И в финал выхо­дят двое. Оба пол­но­стью ком­пе­тент­ны, зна­ют дело, пре­крас­но вольют­ся в вашу кор­по­ра­тив­ную куль­ту­ру, при­ят­ны в обще­нии и пунк­ту­аль­ны.

Один чело­век — белый муж­чи­на, про­сто ищет рабо­ту поде­неж­нее.

Вто­рой — чер­но­ко­жая жен­щи­на, мать-оди­ноч­ка, попав­шая под сокра­ще­ние шта­тов.

Кого вы най­мё­те? Повто­рюсь: чисто с про­фес­си­о­наль­ной точ­ки зре­ния они абсо­лют­но иден­тич­ны.

Я, не заду­мы­ва­ясь, возь­му мать-оди­ноч­ку. И не пото­му, что она мне как-то там «куль­тур­но бли­же» или ещё что. Про­сто ей эта рабо­та сей­час нуж­нее. У неё рабо­ты нет, и ребё­нок дома, кото­ро­го кор­мить надо. А белый мужик, ско­рее все­го, рабо­ту най­дёт и так.

Ну, а так как мы не раси­сты, и нам абсо­лют­но пофи­гу, како­го цве­та лица люди, с кото­ры­ми мы рабо­та­ем — лишь бы люди были ком­пе­тент­ные и нор­маль­ные — к нам она вольёт­ся без про­блем.

То есть при­хо­дим мы опять к доволь­но про­стой мыс­ли:

соци­аль­но-эко­но­ми­че­ские обсто­я­тель­ства чело­ве­ка могут учи­ты­вать­ся при при­ня­тии реше­ния о най­ме.

У вас что, не так мысль рабо­та­ет? Прав­да?

«Изви­ни­те, но ваша логи­ка силь­но отли­ча­ет­ся от зем­ной».

Теперь про то, на что так нерв­но реа­ги­ру­ют люди. Отбор работ­ни­ков как экс­по­на­тов в антро­по­ло­ги­че­ский музей. «Для галоч­ки», лишь бы соот­вет­ство­ва­ли како­му-то при­ду­ман­но­му соци­о­эко­но­ми­че­ско­му кри­те­рию. Пер­фор­ма­тив­ная diversity, напо­каз — даже с тяжё­лы­ми эко­но­ми­че­ски­ми послед­стви­я­ми.

Это — пере­ги­бы на местах. И увы, имен­но анек­до­ти­че­ские исто­рии (в сти­ле «наня­ли муда­ка по раз­на­ряд­ке, и он нам всё раз­ва­лил») вре­за­ют­ся нам в память. В памя­ти не оста­ют­ся ком­пе­тент­ные жен­щи­ны-инже­не­ры, пре­крас­ные чер­но­ко­жие вра­чи, и под­дер­жи­ва­ю­щие иде­аль­ную чисто­ту двор­ни­ки-гомо­сек­су­а­ли­сты.

Нанять дура­ка по раз­на­ряд­ке с таким же успе­хом мож­но и сре­ди вете­ра­нов воору­жён­ных сил. Что, сре­ди вете­ра­нов нет дура­ков? Это такие же люди, как и все, и про­цент умных и дура­ков сре­ди них при­мер­но тот же.

Про­дви­же­ние най­ма вете­ра­нов — осо­знан­ная госу­дар­ствен­ная поли­ти­ка США, нача­тая ещё после Вто­рой миро­вой вой­ны и зна­чи­тель­но рас­ши­рен­ная при Рей­гане, а затем при Буше-стар­шем и Буше-млад­шем после войн в Месо­по­та­мии (это я выпенд­ри­ва­юсь так).

И при­чи­на у неё вполне прак­ти­че­ская. Вете­ра­ны, напри­мер, ста­ти­сти­че­ски немно­го чаще стал­ки­ва­ют­ся с без­дом­но­стью, чем насе­ле­ние в целом — поэто­му про­грам­мы под­держ­ки после служ­бы счи­та­ют­ся нор­маль­ной соци­аль­ной рето­ри­кой.

Под­держ­ка вете­ра­нов — поли­ти­ка, кото­рая пре­крас­но захо­дит в оба лаге­ря. Това­ри­щам сле­ва мож­но рас­ска­зать про слож­но­сти реин­те­гра­ции вете­ра­нов в обще­ство, а това­ри­щи спра­ва с удо­воль­стви­ем под­дер­жи­ва­ют вете­ра­нов, пото­му что люди слу­жи­ли и, если надо, были гото­вы риск­нуть жиз­нью.

Я, кста­ти, нигде не гово­рю, что всё это непра­виль­но. Нет — под­держ­ка вете­ра­нов это хоро­шо со всех сто­рон. Поэто­му обще­ство и гово­рит: давай­те немно­го помо­жем этой груп­пе — напри­мер, дадим неболь­шое пре­иму­ще­ство при най­ме.

Соб­ствен­но, ров­но об этом и был мой пост.

Мы уже при­зна­ём, что соци­аль­ные обсто­я­тель­ства чело­ве­ка могут учи­ты­вать­ся.

Сам прин­цип нико­го не шоки­ру­ет.

Вопрос лишь в том, к каким имен­но груп­пам люди гото­вы этот прин­цип при­ме­нять.

Пред­ставь­те себе про­стую ситу­а­цию.

Вы аме­ри­ка­нец, пат­ри­от сво­ей стра­ны, устра­и­ва­е­тесь на рабо­ту. Неваж­но, куда — допу­стим, на хоро­шую долж­ность. Запол­ня­е­те анке­ту и вни­зу фор­мы види­те неболь­шую при­пис­ку:

«Мы отда­ём пред­по­чте­ние соис­ка­те­лям-вете­ра­нам».

Более того — мно­гие ком­па­нии этим даже гор­дят­ся. Это счи­та­ет­ся пра­виль­ной соци­аль­ной поли­ти­кой:

Какая у вас воз­ни­ка­ет реак­ция?

Ско­рее все­го, вполне поло­жи­тель­ная. Что пло­хо­го в том, что­бы помо­гать вете­ра­нам?

Воору­жён­ные силы США непро­пор­ци­о­наль­но часто наби­ра­ют людей из самых бед­ных и соци­аль­но небла­го­по­луч­ных сло­ёв обще­ства. Для пар­ниш­ки или дев­чон­ки из како­го-нибудь Ско­тоёб­ска, Окла­хо­ма, служ­ба в армии зача­стую ста­но­вит­ся един­ствен­ной воз­мож­но­стью вырвать­ся из это­го окру­же­ния, полу­чить обра­зо­ва­ние, и какие-то жиз­нен­ные навы­ки.

После уволь­не­ния в запас таким людям вполне логич­но помочь встать на ноги — напри­мер, дать им неко­то­рое пре­иму­ще­ство при най­ме. С этим ведь труд­но спо­рить?

То есть вы при­зна­ё­те доволь­но про­стую вещь:
соци­аль­но-эко­но­ми­че­ские обсто­я­тель­ства чело­ве­ка могут учи­ты­вать­ся при при­ня­тии реше­ния о най­ме.

Хоро­шо.

Тогда объ­яс­ни­те мне одну вещь.

Поче­му же — осо­бен­но у това­ри­щей спра­ва — воз­ни­ка­ет почти исте­ри­че­ская аллер­гия на ини­ци­а­ти­вы DEI, кото­рые гово­рят, по сути, ров­но о том же самом?

Ах да.

Одно дело — вете­ра­ны.

И совсем дру­гое — какие-то там сек­су­аль­ные мень­шин­ства и про­чие небе­лые.

«Это дру­гое».

Нет.

Нихе­ра это не дру­гое.

Про­сто один вид virtue signaling вам нра­вит­ся, а дру­гой — нет.

И про­бле­ма тут не в «прин­ци­пах».
Про­бле­ма в том, к кому имен­но вы гото­вы эти прин­ци­пы при­ме­нять.