Category: природа

А рас­ска­жу я вам айтиш­ную бай­ку из жиз­ни нашей кон­то­ры.

Не так дав­но ока­за­лись мы вовле­че­ны в один инте­рес­ный про­ект с одной… круп­ной кали­фор­ний­ской энер­ге­ти­че­ской лав­кой. Они наня­ли под­ряд­чи­ка, кото­рый обле­тел их линии элек­тро­пе­ре­дач дро­на­ми, нагру­жен­ны­ми рада­ра­ми, лида­ра­ми, уль­тра­зву­ко­вы­ми сен­со­ра­ми, и про­чи­ми радо­стя­ми совре­мен­ной инже­нер­ной мыс­ли.

По ито­гам это­го облё­та была состав­ле­на подроб­ней­шая 3D-кар­та линии элек­тро­пе­ре­дач и все­го, что нахо­ди­лось под ней. Дере­вья, вет­ки, про­све­ты, рельеф — всё было изме­ре­но чуть ли не с точ­но­стью до сан­ти­мет­ра.

Мы зани­ма­лись data warehousing для все­го это­го про­ек­та. Соб­ствен­но, СУБД с тера­бай­та­ми дан­ных, и их анализ/визуализация — это наш хлеб с мас­лом.

Даль­ше была постро­е­на мате­ма­ти­че­ская модель высо­ко­вольт­ных про­во­дов: их про­ви­са­ния, нагре­ва, рас­ши­ре­ния, рас­ка­чи­ва­ния на вет­ру, и про­чих весё­лых физи­че­ских явле­ний, кото­рые в учеб­ни­ке выгля­дят без­обид­но, а в реаль­ной жиз­ни пре­вра­ща­ют пол-Кали­фор­нии в костёр.

Про­во­да ведь гре­ют­ся. А когда они гре­ют­ся, они рас­ши­ря­ют­ся. А когда рас­ши­ря­ют­ся — силь­нее про­ви­са­ют. А если в этот момент под­ни­ма­ет­ся ветер, они ещё и начи­на­ют рас­ка­чи­вать­ся. И если вни­зу под ними радост­но тор­чат вет­ки дере­вьев, то в какой-то момент про­вод может ска­зать вет­ке: «здрав­ствуй, дере­во», — и нач­нёт­ся пожар.

Всё это было про­си­му­ли­ро­ва­но до тон­ко­стей. Что будет, если всем жите­лям Сан-Фран­цис­ко вдруг одно­вре­мен­но захо­чет­ся зава­рить чаю, испечь хле­ба, вклю­чить кон­ди­ци­о­не­ры, заря­дить свои Тес­лы, а поверх все­го это­го ещё и под­ни­мет­ся шторм.

По ито­гам были сде­ла­ны вполне кон­крет­ные реко­мен­да­ции: какое дере­во спи­лить, како­му обре­зать вет­ки, и насколь­ко имен­но.

С этим спис­ком необ­хо­ди­мых работ идём мы назад к заказ­чи­ку.

— А вот это дере­во надо спи­лить.
— Спи­лить? Вы с ума сошли. Толь­ко обре­зать вет­ки.
— Если его не спи­лить, у вас не оста­нет­ся ника­ко­го запа­са без­опас­но­сти при опас­ном рас­ка­чи­ва­нии про­во­дов.
— Я знаю.
— Тогда в чём про­бле­ма?
— Про­бле­ма в том, что по каж­дой обре­зан­ной вет­ке я обя­зан отчи­ты­вать­ся перед вла­стя­ми и докла­ды­вать, сколь­ко имен­но футов я от этой вет­ки отпи­лил. А дере­во, кото­рое вы пред­ла­га­е­те спи­лить, нахо­дит­ся в охран­ном реест­ре шта­та Кали­фор­ния, и если я его спи­лю, меня губер­на­тор с гов­ном съест.

… ???

— И что вы тогда пред­ла­га­е­те сде­лать?
— Сде­лай­те дру­гое реше­ние. Что­бы дере­во не пилить, а толь­ко обре­зать ему вет­ки.
— Но при худ­шем сце­на­рии зазор будет нуле­вой.
— Оста­ёт­ся наде­ять­ся, что худ­ше­го сце­на­рия не будет.

Сде­ла­ли мы ему “реше­ние”. Вет­ки, да, обре­за­ли.

А на сле­ду­ю­щий год худ­ший сце­на­рий таки про­изо­шёл, и всё сго­ре­ло нахуй. Вме­сте с дере­вом, нахо­див­шим­ся в охран­ном реест­ре шта­та Кали­фор­ния.

На нас потом хоте­ли подать в суд. Но мы, сука, тоже не лыком шиты, и все ходы у нас были запи­са­ны.

Мы пред­ла­га­ли? Пред­ла­га­ли.
Ты нас послу­шал? Не послу­шал.
Ну вот и иди теперь по извест­но­му адре­су.

Инте­рес­ная замет­ка в Nature — из тех, после кото­рых хочет­ся не спо­рить в ком­мен­та­ри­ях, а про­сто поси­деть и поду­мать.

Делать пол­но­мас­штаб­ные выво­ды по одной ста­тье, конеч­но, пока рано — осо­бен­но с учё­том очень малень­ко­го n = 22. Меня на заня­ти­ях по ста­ти­сти­ке аме­ри­кан­ский про­фес­сор укра­ин­ско­го про­ис­хож­де­ния Нико­лай Чер­нов (увы, ныне покой­ный) учил, что усред­нён­но по хоро­ше­му n долж­но быть мини­мум 30, ина­че тут вооб­ще не о чем гово­рить. Но если эти резуль­та­ты потом под­твер­дят­ся…

Может быть, мы дей­стви­тель­но немно­го пото­ро­пи­лись с повсе­мест­ным внед­ре­ни­ем све­то­ди­од­но­го и про­че­го «эффек­тив­но­го» осве­ще­ния? Не в смыс­ле «всё про­па­ло, вер­ни­те лам­пы Ильи­ча», а в более скуч­ном и пото­му тре­вож­ном смыс­ле: опти­ми­зи­ро­ва­ли по энер­го­по­треб­ле­нию, сро­ку служ­бы, и люме­нам на ватт, а про чело­ве­ка — как био­ло­ги­че­скую систе­му — вспом­ни­ли уже потом. Или вооб­ще не вспом­ни­ли.

Часто в таких раз­го­во­рах всплы­ва­ет CRI, и это логич­но. Пло­хой CRI — это когда при све­те лам­пы ты не можешь отли­чить, напри­мер, крас­ный цвет от корич­не­во­го. Кста­ти, реаль­ная про­бле­ма, с кото­рой мне при­шлось столк­нуть­ся лич­но: не полу­чи­лось, блин, про­чи­тать цве­то­вой код на рези­сто­ре — при­чём осо­бен­но «удач­но» полу­чи­лось, что это была чет­вёр­тая по счё­ту полос­ка, а это мно­жи­тель. То есть раз­ни­ца меж­ду крас­ным и корич­не­вым состав­ля­ла ров­но деся­ти­крат­ное зна­че­ние — не то 470 Ом, не то 4,7 кОм. Хоро­ший CRI эту про­бле­му реша­ет.

Но, как выяс­ня­ет­ся, он реша­ет толь­ко её.

Даже очень хоро­ший CRI в 95+ не дела­ет свет «пол­но­спек­траль­ным» в физи­че­ском смыс­ле: спектр всё рав­но обры­ва­ет­ся там, где у солн­ца, лам­пы нака­ли­ва­ния, и вооб­ще у при­выч­но­го чело­ве­ку све­та начи­на­ет­ся длин­но­вол­но­вый хвост — глу­бо­кий крас­ный и инфра­крас­ный диа­па­зон. И, как утвер­жда­ют авто­ры ста­тьи, этот длин­но­вол­но­вый хвост нам таки нужен. Не столь­ко для того, что­бы нор­маль­но отли­чать крас­ный от корич­не­во­го, сколь­ко для функ­ци­о­ни­ро­ва­ния само­го орга­низ­ма.

И вот тут раз­го­вор ухо­дит уже доволь­но дале­ко от дизай­на инте­рье­ров, ком­фор­та глаз, и чте­ния цве­то­во­го кода рези­сто­ров. Речь идёт о том, что мы, воз­мож­но, слиш­ком бук­валь­но поня­ли зада­чу «сде­лать свет ярким и эко­но­мич­ным» — и слиш­ком сме­ло вычерк­ну­ли из урав­не­ния всё то, что не участ­ву­ет напря­мую в фор­ми­ро­ва­нии кар­тин­ки на сет­чат­ке. И, воз­мож­но, зря: чело­век — это всё же не каме­ра и не фото­ди­од, и свет для него — это не толь­ко инфор­ма­ция, но и сре­да.

Делать из это­го апо­ка­лип­ти­че­ские выво­ды пока не надо. Но и отма­хи­вать­ся со сло­ва­ми «да какая раз­ни­ца, зато лам­поч­ка не гре­ет­ся» тоже, пожа­луй, уже… не вполне чест­но. Похо­же, мы толь­ко начи­на­ем пони­мать, что имен­но поте­ря­ли, заме­нив непре­рыв­ный сол­неч­ный спектр на акку­рат­ные, узкие и очень эффек­тив­ные пики.

Ну а пока — без вся­кой нау­ки буду­ще­го и без сме­ны стан­дар­тов осве­ще­ния — могу сме­ло поре­ко­мен­до­вать граж­да­нам поча­ще выхо­дить на ули­цу, что­бы видеть сол­ныш­ко. Хотя бы пери­о­ди­че­ски. Это вооб­ще полез­но — быть на при­ро­де.

В зим­нем лесу аме­ри­кан­ский бук вид­но изда­ле­ка — он на зиму не сбра­сы­ва­ет листья и так и про­дол­жа­ет сто­ять с золо­ти­стой лист­вой.

Выгля­дит кра­си­во.

Я вооб­ще люб­лю бук — осо­бен­но буко­вую дре­ве­си­ну. Её очень лег­ко опо­знать по харак­тер­ным чёр­точ­кам: ещё дедуш­ка пока­зал и научил. Вот, круп­ным пла­ном:

Кон­крет­ная фор­ма чёр­то­чек, прав­да, может силь­но зави­сеть от рас­пи­лов­ки дере­ва.

Плюс буко­вые ореш­ки — гово­рят, вкус­ные. Мне, впро­чем, про­бо­вать не дове­лось, так что ниче­го не могу ска­зать. Пишут, что ореш­ки эти чистить — в‑общем, с мяг­ким зна­ком сло­во пишет­ся — и обжа­ри­вать надо, что­бы какой-то там ток­син вывет­рил­ся.

Так что буки я люб­лю. Полез­ные и кра­си­вые дере­вья в лесу.

PS: В дет­стве Шер­лок Холмс был мною зачи­тан до дыр — «Пля­шу­щие чело­веч­ки» в своё вре­мя раз­ви­ли во мне нешу­точ­ный инте­рес к тай­но­пи­си.
И был там рас­сказ «Мед­ные буки». Дол­гое вре­мя не давал покоя вопрос: кто такие эти самые «буки» — пото­му что в рус­ском дет­ском язы­ке «бука» вооб­ще-то озна­ча­ет нехо­ро­ше­го, зло­го чело­ве­ка.

А потом попа­лось назва­ние рас­ска­за на англий­ском — Copper Beeches — и всё нако­нец вста­ло на свои места.
Буки — это не «кто», а дере­вья, блин 🙂
«А Сла­ва КПСС — вооб­ще не чело­век».