Category: юмор

Пред­ставь­те себе все­мир­ный слёт птиц.

Тема слё­та: “могут ли само­лё­ты летать?”

— Само­лё­ты не лета­ют, — открыл сим­по­зи­ум Лебедь.
— Пра­виль­но, у них нет перьев, — под­да­ки­ва­ет Филин.
— При чём тут перья? — воз­ра­жа­ет авто­ри­тет­ный Орёл. — Дело не в перьях, а в кры­льях.
— Но они ими не машут! — нашёл­ся Филин.
— Ты ими тоже не машешь, когда под­ни­ма­ешь­ся в вос­хо­дя­щем пото­ке воз­ду­ха, — заме­ча­ет Орёл. — Но никто же не гово­рит, что ты в этот момент не летишь.
— Тогда камень тоже лета­ет! — отме­ча­ет Лебедь.
— Лета­ет, — согла­ша­ет­ся Орёл. — Но толь­ко по бал­ли­сти­че­ской тра­ек­то­рии. А мы с вами управ­ля­ем полё­том. Мы можем менять направ­ле­ние, высо­ту, ско­рость. Есть раз­ни­ца.
— Само­лёт тоже может менять направ­ле­ние, высо­ту и ско­рость, — осто­рож­но встав­ля­ет Чай­ка.

Насту­па­ет нелов­кая пау­за.

— А я вооб­ще ино­гда летаю на само­лё­те, — при­зна­ёт­ся Чай­ка.
— Дожи­ли, — шипит Гусь. — Пти­цы уже летать разу­чи­лись.
— Поче­му разу­чи­лись? Я могу летать. Хочешь, пока­жу?
— Тогда на кой тебе само­лёт?
— Что­бы доле­теть из Нью-Йор­ка до Чика­го. Мне на это нуж­но трое суток, а само­лёт летит три часа.
— А если тебе надо не в Чика­го, а в при­го­род? — не сда­ёт­ся Гусь. — Само­лёт тебя нико­гда не при­ве­зёт точ­но туда, куда надо. Он лета­ет толь­ко по задан­ным марш­ру­там. Они вооб­ще тупые и огра­ни­чен­ные.
— Выле­заю из само­лё­та, даль­ше лечу сама. В чём про­бле­ма-то? — хоро­хо­рит­ся Чай­ка.
— В том, что это не насто­я­щий полёт! — заяв­ля­ет Лебедь. — Само­лё­ты не зна­ют, что они летят.
— То есть как это не зна­ют? — удив­ля­ет­ся Орёл. — У них есть аль­ти­метр, ком­пас, гиро­ско­пы, дат­чи­ки ско­ро­сти, авто­пи­лот, дис­пет­че­ры, кар­ты, радио­связь, и всё, что хошь.
— Но они не осо­зна­ют, что летят! — побед­но гово­рит Лебедь. — У них нет созна­ния.
— А что такое созна­ние? — спра­ши­ва­ет Орёл. — У тебя есть объ­ек­тив­ное опре­де­ле­ние?
— Созна­ние — это когда оно насто­я­щее, — ска­зал Лебедь.
— Вели­ко­леп­но, — вздох­нул Орёл. — А насто­я­щее — это когда есть созна­ние?
— Не пере­дёр­ги­вай, — нахох­лил­ся Лебедь.
— У само­лё­тов симу­лякр полё­та, — важ­но заме­тил Филин. — Они толь­ко ими­ти­ру­ют полёт. Насто­я­щий полёт — это когда суще­ство рож­де­но для неба.
— Я виде­ла кури­цу, — ска­за­ла Чай­ка. — Она тоже рож­де­на с кры­лья­ми, но лета­ет при­мер­но как бро­шен­ный мешок с кар­тош­кой.

Кури­ная деле­га­ция воз­му­щён­но заку­дах­та­ла.

— Если на выхо­де полу­ча­ет­ся то же самое, что и у нас, — про­дол­жил Орёл, — то раз­ни­ца чисто фор­маль­ная.
— Как это фор­маль­ная? — вспых­нул Лебедь. — А как же душа?
— У них есть душа! — вос­клик­ну­ла Чай­ка. — Они очень душев­но отво­зят меня в Чика­го.
— Да жестян­ка это, а не душа, — с аплом­бом заявил Дятел. — Вот я сел на один, подол­бил его в клюв — так он даже не отре­а­ги­ро­вал. Дюраль одна, а не душа!
— А если я тебя подолб­лю в клюв, ты отре­а­ги­ру­ешь? — заин­те­ре­со­вал­ся Орёл.
— Конеч­но.
— Зна­чит, кри­те­рий созна­ния — раз­дра­жи­мость клю­ва?
— Не надо всё утри­ро­вать, — оби­дел­ся Дятел.
— Поче­му же утри­ро­вать? — ска­зал Орёл. — Мы про­сто пыта­ем­ся понять, что имен­но вы назы­ва­е­те полё­том. Сна­ча­ла это были перья. Потом взма­хи кры­льев. Потом спо­соб­ность управ­лять тра­ек­то­ри­ей. Потом осо­зна­ние полё­та. Теперь душа и реак­ция на клюв. У меня ощу­ще­ние, что опре­де­ле­ние всё вре­мя меня­ет­ся ров­но в тот момент, когда само­лёт под него под­хо­дит.
— Пото­му что само­лёт не пти­ца! — не выдер­жал Гусь.
— Никто и не гово­рил, что само­лёт пти­ца, — отве­тил Орёл. — Вопрос был: лета­ет ли он.

Тут на вет­ку при­зем­лил­ся Воро­бей, кото­рый всё это вре­мя мол­чал.

— А может, — ска­зал он, — про­бле­ма не в том, уме­ют ли само­лё­ты летать. Может, про­бле­ма в том, что нам очень хочет­ся, что­бы сло­во “летать” при­над­ле­жа­ло толь­ко нам.

Слёт при­тих.

Потом Лебедь попра­вил перья и поста­но­вил:
— Само­лё­ты, конеч­но, пере­ме­ща­ют­ся по воз­ду­ху, но насто­я­щим полё­том это счи­тать нель­зя. За отсут­стви­ем души, перьев, и ува­же­ния к тра­ди­ции.

Поста­нов­ле­ние было при­ня­то боль­шин­ством голо­сов.

Чай­ка воз­дер­жа­лась.

На сле­ду­ю­щий день она сно­ва поле­те­ла в Чика­го. На само­лё­те.

P.S. Любые сов­па­де­ния с обсуж­де­ни­я­ми о том, “может ли искус­ствен­ный интел­лект мыс­лить”, явля­ют­ся совер­шен­но неслу­чай­ны­ми 🙂

Он у меня Трам­па любит.

А эти мало того, что будут ему его рожу пока­зы­вать — они ещё каж­дый час со сте­ны звез­деть будут — про то, как он завер­шил сто­пиц­от войн, побе­дил всё зло на пла­не­те, и сде­лал Аме­ри­ке здо­ро­во сно­ва.

Изго­тов­ле­ны, разу­ме­ет­ся, в Китае. Где же ещё.

Пря­мо даже жаль, что нет таких часов с кукуш­кой. Шоб гирь­ки — из Вэн­са и Рубио, а каж­дый час отту­да выле­тал Трамп и: «Мейк Аме­ри­ка грейт эген!»

И в пол­ночь — две­на­дцать раз кря­ду.

Апол­лон, хра­ни ИИ! Как хоро­шо-то — с его помо­щью лег­ко визу­а­ли­зи­ру­ет­ся любая, даже самая шизо-запре­дель­ная бре­дя­ти­на.