Отцы-основатели имели все основания бояться слишком сильного государства. Они прекрасно понимали, что государственная машина, если её не держать за горло конституционными ограничителями, рано или поздно разрастается до неприличных величин и начинает радостно перемалывать гражданские права в мелкий винигрет.
И поэтому они старательно запрещали именно государству лезть туда, куда ему лезть не положено: в свободу слова, в оружие, в убеждения, в частную жизнь, в право быть оставленным в покое.
Но с тех пор многое изменилось, и отцы-основатели, при всей своей подозрительности к власти, всё-таки не жили в мире, где твоё право участвовать в общественной жизни может быть фактически отключено не законом, не судом, не полицией, а каким-нибудь вконец охреневшим банком, платёжным приложением, процессором карточек, или другой финансовой прокладкой между тобой и реальностью.
Формально именно государство тебе ничего не запретило. Никто не вломился посреди ночи с обыском. Никто не закрыл вебсайт. Никто не посадил за неправильные слова в кутузку. Конституция спокойна.
Просто внезапно выяснилось, что перевод не проходит. Аккаунт заморожен. Платёж отклонён. Поддержка отвечает копипастой про “violation of terms of service”. Апелляция улетает в чёрную дыру, и у тебя нет никаких способов повлиять на исход дела.
А сегодня? А сегодня они УЖЕ мониторят, что люди пишут в комментариях к платежам, и блокируют за “неправильные” слова или темы:
Сегодня нельзя написать что-то про Иран, Палестину, Кубу, секс-работу, траву, оружие, крипту, политику, журналистику — нужное подчеркнуть, ненужное подождать до следующего обновления правил.
Что будет завтра? Завтра точно так же могут начать “по внутренней политике компании” тупо отклонять платежи за покупку огнестрела, ага. Visa, Mastercard, Discover и прочие уже в своё время начали суетиться на эту тему, если вдруг кто-то забыл: https://www.themeateater.com/hunt/firearm-hunting/the-truth-about-credit-card-companies-tracking-gun-purchases
Или могут прикрутить кислород за юридическую помощь кому-то “не тому”. Завернуть ласты пожертвованиям “не той организации”. Или запретить покупать книги, которые кому-то в отделе рисков показались слишком острыми.
И плохо тут даже не то, что частные компании модерируют свои платформы. Они, в конце концов, ведь имеют на это право? Плохо то, что при нынешнем глобальном проникновении частных платёжных систем в нашу жизнь они становятся вполне себе министерством допуска тебя лично до того, что они сами решат “позволенным”.
И процесс этот для тебя — абсолютно непрозрачен. И рычагов влияния на него у тебя — нет.
Конституция защищает гражданина от государства. Но она куда хуже защищает гражданина от корпоративной системы, которая может не запрещать тебе говорить напрямую — а просто сделать так, чтобы за твою речь, работу, бизнес, или убеждения больше нельзя было заплатить. Что имеет точно такой же эффект.
При этом когда я попыталась сообщить о вполне реальной money mule схеме, с реквизитами, именами, адресами, и всей прочей грязной бухгалтерией — всем было глубоко похуй. Финансовые институты внезапно оказались беспомощными, слепыми, глухими, и вообще “вот убьют вас — тогда и приходите”.
Но, разумеется, если ты напишешь в переводе Zelle комментарий из списка запрещённых заклинаний, они моментально найдут и искусственный интеллект, и риск-модель, и отдел комплаенса, и внутреннюю политику компании, и заморозку аккаунта. “Вот на это у них — деньги есть!”
То есть проблема не в том, что они ничего не видят. Проблема в том, что они всё видят прекрасно, но крайне избирательно, по своим долбанутым политическим причинам.
Вот это и бесиДДДДДДД. И что с этим делать — решительно непонятно.
