Про сухой закон

Ком­мен­том, остав­лен­ным в дру­же­ствен­ном жур­на­ле, наве­я­ло.

Наше граф­ство (пра­виль­нее, конеч­но, «округ», но «граф­ство» зву­чит куда при­коль­нее) до при­мер­но 2012 года оста­ва­лось абсо­лют­но сухим. Эффек­тов от это­го явле­ния было три — и все были отри­ца­тель­ны­ми.

Во-пер­вых, граф­ство недо­по­лу­ча­ло мил­ли­о­ны монет со сбо­ров акци­зов на про­да­жу бры­ка­лов­ки.
Во-вто­рых, запрет всё рав­но нико­го не оста­нав­ли­вал. На доро­гах всё рав­но было нава­лом бухих води­те­лей.
А в‑третьих, бухие води­те­ли бра­лись не на ров­ном месте. Граж­дане из наше­го граф­ства тупо еха­ли в сосед­нее, где с про­да­жей бры­ка­лов­ки был пол­ный поря­док, набу­ро­ви­ва­лись там до пол­но­го про­свет­ле­ния, и в таком виде еха­ли домой, неред­ко соби­рая по пути обиль­ную жат­ву смер­ти.

В сосед­нем граф­стве, пря­мо на гра­ни­це меж­ду граф­ства­ми, сто­ял (и до сих пор сто­ит) огром­ный алко­мар­кет с гово­ря­щим назва­ни­ем «Погра­нич­ный», где в пят­ни­цу было не про­ло­мить­ся сквозь аффф­то­мо­би­ли с номер­ны­ми зна­ка­ми из наше­го граф­ства — народ гото­вил­ся с огонь­ком про­ве­сти уик-энд.

С 2012 года этот поток силь­но поис­сяк.

В этой кар­те есть неко­то­рые неточ­но­сти, но пол­но­стью «сухих» графств ста­но­вит­ся всё мень­ше и мень­ше.

Поче­му-то уро­ки сухо­го зако­на нача­ла XX века (дав­ше­го нам зака­лён­ную в пере­стрел­ках с поли­ци­ей и креп­ко срос­шу­ю­ся с вла­стью орга­ни­зо­ван­ную пре­ступ­ность) в этой стране никто усво­ить так и не удо­су­жил­ся. «Даже если будет восемь — всё рав­но мы пить не бро­сим!» Запре­ты нико­гда не рабо­та­ли, не рабо­та­ют, и зав­тра рабо­тать не нач­нут.

А с тех пор как у нас сухой закон отме­ни­ли, жизнь реаль­но заиг­ра­ла: откры­лись новые ресто­ра­ны, пабы, а ста­рые нача­ли нор­маль­но зара­ба­ты­вать на про­да­же алко­го­ля. И пья­ных на доро­гах ста­ло мень­ше — им боль­ше не нуж­но переть­ся через пол­шта­та «дого­нять­ся». Всё своё — рядом, под боком.