Author: Experimenter

Когда у людей спра­ши­ва­ют, какой им боль­ше все­го нра­вит­ся бара­бан­щик, часто назы­ва­ют Май­ка Порт­но­го, Нила Пёр­та или Джо­на Боне­ма.

А я ска­жу, что очень глу­бо­ко ува­жаю Джо­на­та­на Моф­фет­та, кото­рый наи­бо­лее изве­стен как бара­бан­щик на запи­сях Майк­ла Джек­со­на. Он так­же играл на турне Мадон­ны «Blonde Ambition Tour». Но вооб­ще спи­сок работ у него — моё почте­ние. Элтон Джон, Принс, Джордж Май­кл, Сти­ви Уон­дер, и мно­гие дру­гие. Его чёт­кая тех­ни­ка, арти­стич­ность, зре­лищ­ность, и уме­ние акцен­ти­ро­вать музы­ку вир­ту­оз­ной игрой на хай-хэте нико­гда не надо­еда­ют. Одно удо­воль­ствие смот­реть. А испол­не­ние аж на трёх боч­ках с кар­да­на­ми я вооб­ще вижу впер­вые. Не зря его про­зва­ли «Шугар­фут» (сахар­ная нога) — как кру­то он игра­ет на боч­ках. После окон­ча­ния самой пес­ни идёт его соло, про­сто офи­ги­тель­ное.

Любят люди при­пле­тать к месту и не к месту цита­ту из Свя­щен­но­го Писа­ния о «не суди­те, да не суди­мы буде­те».

Одна­ко боль­шин­ство пони­ма­ют её совер­шен­но не в том смыс­ле, в кото­ром она в Свя­щен­ном Писа­нии упо­треб­ле­на. Боль­шин­ство поче­му-то пони­ма­ет её как «закрой свой рот». А это совер­шен­но не так.

Смысл цита­ты-то дру­гой. При­ве­ду её пол­но­стью, это Еван­ге­лие от апо­сто­ла Мат­фея (да будет дово­лен им Аллах!), гла­ва 7:

Не суди­те, да не суди­мы буде­те, ибо каким судом суди­те, таким и буде­те суди­мы; и какою мерою мери­те, такою и вам будут мерить.

О чем на самом деле речь? Речь о том, что когда ты выска­зы­ва­ешь суж­де­ние о каком-то поступ­ке како­го-то чело­ве­ка, ты тем самым созда­ёшь судеб­ный пре­це­дент.

Выска­зал­ся об алко­го­ли­ке, мол, «пьян­ство — это нехо­ро­шо». Зна­чит, если ты сам ушёл потом в запой, то будь готов к тому, что тебе потом выска­жут то же самое.

Речь имен­но об этом, а не о том, что­бы закры­вать рот и не выска­зы­вать­ся.

Интер­нет-зна­ко­мый еврей рас­ска­зал:

В неко­то­рых вет­вях иуда­из­ма запре­ще­но вме­сте тан­це­вать муж­чи­нам и жен­щи­нам. Тан­це­вать вооб­ще мож­но, пожа­луй­ста, но — жен­щи­ны отдель­но, муж­чи­ны отдель­но. Ну, пра­ви­ла такие. Пишут, что вос­хо­дит к Иере­мия, 31:13:

«Тогда деви­ца будет весе­лить­ся в хоро­во­де, и юно­ши и стар­цы вме­сте; и изме­ню печаль их на радость и уте­шу их, и обра­дую их после скор­би их.»

Так вот, шут­ка:

Моло­до­жё­ны при­хо­дят к рав­ви­ну:

–Ребе, мож­но ли нам тан­це­вать вме­сте?
–Никак нель­зя. Жена пусть тан­цу­ет, ты тоже тан­цуй, но не вме­сте.
–А как насчёт сек­са?
–Секс в бра­ке — это заме­ча­тель­но. Пусть у вас будет мно­го детей!
–А если жен­щи­на свер­ху?
–Да пус­кай! Секс в бра­ке — это миц­ва.
–А если жен­щи­на на чет­ве­рень­ках, а муж­чи­на сза­ди?
–Пус­кай!
–А вдруг стоя?
–А вот стоя нель­зя.
–Поче­му, ребе?
–А вдруг вы затан­цу­е­те?

Про дегра­да­цию музы­ки.

Нель­зя не отме­тить два момен­та.

1. Во всём этом частич­но вино­ват Билл Клин­тон, с кото­ро­го и нача­лось теку­щее без­об­ра­зие.

Как он вино­ват? Он вино­ват в том, что он под­пи­сал Теле­ком­му­ни­ка­ци­он­ный Акт 1996 года. Где Акт и где музы­ка? А вот где. Частью Акта была дере­гу­ля­ция, в тогдаш­нем сти­ле laissez-faire, теле- и радио­стан­ций. Эта самая «дере­гу­ля­ция» немед­лен­но при­ве­ла к моно­по­ли­за­ции радио­стан­ций. Неза­ви­си­мым радио­стан­ци­ям неза­мед­ли­тель­но при­шёл каб­здец, и теперь льви­ной долей музы­каль­ных радио­стан­ций США вла­де­ют бук­валь­но несколь­ко ком­па­ний: iHeartMedia (круп­ней­шие), Cumulus, и Townsquare Media.

Вот спи­сок радио­стан­ций, кото­ры­ми вла­де­ют iHeartMedia. Навер­ня­ка сре­ди них есть какая-нибудь, про кото­рую вы слы­ша­ли или они у вас ловит­ся.

Вы что же, дума­е­те, что они игра­ют раз­ную музы­ку? А вот шЫш. В любой точ­ке Соеди­нён­ных Шта­тов на радио­стан­ции, кото­рой вла­де­ет iHeartMedia, одно­го и того же жан­ра, ну я не знаю, «adult contemporary» будет играть одна и та же хрень. Поче­му? А пото­му что будет играть толь­ко то, что с гаран­ти­ей будет про­да­вать­ся, сиречь, наи­мень­ший общий зна­ме­на­тель, «пипл хава­ет».

А ведь рань­ше было мно­го неза­ви­си­мых стан­ций, были диджеи, кото­рые ста­ви­ли инте­рес­ную музы­ку. Я даже ещё немно­го успел застать это вре­мя в кон­це 1990х, когда диджей на мест­ной рок-радио­стан­ции (тоже бла­го­по­луч­но дав­шей дуба) при­гла­сил в сту­дию мест­ных роке­ров, они игра­ли, раз­го­ва­ри­ва­ли о вся­ком.

А теперь? А теперь ниче­го это­го нет. В любом горо­де США игра­ют всё то же самое, что на дру­гом бере­гу. Спа­си­бо, Блин Клин­тон, япон­ский бог.

И ещё один момент.

2. Музы­каль­ной инду­стрии в том виде, в кото­ром она была где-то до нача­ла 2000 годов при­шёл цугун­дер.

Тут, опять же, вино­ват Билл Клин­тон тех­но­ло­ги­че­ский про­гресс. Хотя, конеч­но, мож­но ска­зать, что и адми­ни­стра­ция Клин­то­на тут тоже заме­ша­на — это же Аль­берт Гор, вице-пре­зи­дент, при­ду­мал интер­нет. А чо интер­нет? Ну, интер­нет это мно­го чего — в том чис­ле и пират­ство.

Как раз начи­ная с 2000 года, с появ­ле­ни­ем Нап­сте­ра, eDonkey, и про­чих тор­рен­тов дохо­ды зву­ко­за­пи­сы­ва­ю­щих ком­па­ний рух­ну­ли в жопь и нача­ли сно­ва под­ни­мать­ся бук­валь­но недав­но, с появ­ле­ни­ем и раз­ви­ти­ем стри­мин­го­вых сер­ви­сов:

При всех про­бле­мах зву­ко­за­пи­сы­ва­ю­щих ком­па­ний, при всём их рва­че­стве и про­чих нехо­ро­ших вещах они выпол­ня­ли три важ­ные функ­ции:

1. Они выпол­ня­ли функ­цию музы­каль­ных комис­сий, отсе­и­вая шелу­хонь и бес­та­лан­ность ещё до досту­па к каче­ствен­но­му зву­ко­за­пи­сы­ва­ю­ще­му обо­ру­до­ва­нию.
2. Они зани­ма­лись про­дви­же­ни­ем арти­ста. Да, без­услов­но, они руко­вод­ство­ва­лись сооб­ра­же­ни­я­ми зара­ба­ты­ва­ния денег, но кому от это­го было хуже?
3. Они бра­ли на себя рис­ки. Вот, напри­мер, безум­но талант­ли­вая Тори Эймос. Она оби­ва­ла поро­ги зву­ко­за­пи­сы­ва­ю­щих ком­па­ний доволь­но дол­го, и вез­де ей отка­зы­ва­ли, счи­тая, что её аль­тер­на­тив­ная музы­ка явля­ет­ся рис­ко­ван­ным вло­же­ни­ем денег. Но «Атлан­тик Рекордз» в неё пове­ри­ли, и её дебют­ный аль­бом 1992 года «Little Earthquakes» (совер­шен­но обал­ден­ный) стал два­жды пла­ти­но­вым. Где бы была Тори, если бы не «Атлан­тик»? И мы бы о ней не услы­ша­ли.

А после обру­ше­ния дохо­дов вкла­ды­вать день­ги лейб­лы ста­ли намно­го осто­рож­нее, и толь­ко в то, что с гаран­ти­ей будет про­да­вать­ся. Ну вот и що має­мо те і має­мо: «твор­че­ство» для наи­мень­ше­го обще­го зна­ме­на­те­ля.

Закон­чу кар­тин­кой.

Эти аль­бо­мы вышли в срок 44 дня в 1991 году:

«Не повто­ря­ет­ся такое нико­гда».

Я уже неод­но­крат­но писал о том, что очень люб­лю музы­ку. Но тер­петь не могу боль­шин­ство попу­ляр­ных ком­по­зи­ций напи­сан­ных при­мер­но так с 2005 года.

Про гибель музы­ки как явле­ния писа­ло очень мно­го людей, и с раз­ных сто­рон. Но как ком­пью­тер­щи­ку, мне, навер­ное, наи­бо­лее бли­зок тех­но­ло­ги­че­ский угол. Дело в том, что раз­ви­тие тех­но­ло­гий в музы­ке при­ве­ло к отсут­ствию необ­хо­ди­мо­сти быть хоро­шим музы­кан­том. Вот я тут ковы­ря­юсь в Эйб­л­тоне поти­хонь­ку — я не настоль­ко хоро­шо играю на фор­те­пи­а­но или на гита­ре, что­бы точ­но попа­дать в нуж­ное вре­мя. Но фокус в том, что это не про­бле­ма! Выде­лил трек, выбрал нуж­ную кван­ти­за­цию (для меня обыч­но хоро­шо рабо­та­ет ¹⁄₁₆), и впер­де — всё сыг­ра­но без­упреч­но. То же самое каса­ет­ся удар­ных и пер­кус­сии, с гита­рой чут­ка послож­нее, но тоже мож­но.

А в каком-нибудь 1978 году ниче­го это­го не было — не было даже стан­дар­та MIDI 1.0 (1981 год). Поэто­му уро­вень музы­кан­тов тре­бо­вал­ся очень высо­кий, как пиа­ни­стов, так и гита­ри­стов, пер­кус­си­о­ни­стов, и уж тем более пев­цов.

А теперь все­го это­го нет. Музы­ку пишут диджеи, аран­жи­ров­щи­ки и про­дю­се­ры. Вся она зву­чит оди­на­ко­во, пото­му что её пишут одни и те же люди.

Обид­но. И мне слож­но винить под­рас­та­ю­щее поко­ле­ние к том, что они не фана­те­ют от музы­ки как фана­те­ли мы. По чему тут, дей­стви­тель­но, фана­теть? По совре­мен­ной фигне не пофа­на­те­ешь.

То же самое ждёт изоб­ра­зи­тель­ное искус­ство и, похо­ду, писа­тель­ство. С теми же резуль­та­та­ми — всё будет оди­на­ко­во без­упреч­но нари­со­ва­но и напи­са­но… и абсо­лют­но неин­те­рес­но.

Пяти­ми­нут­ка стар­пёр­ства закон­че­на.

*в пло­хом смыс­ле

Хоро­шо, что каж­дый может укра­сить свою маши­ну наклей­ка­ми. Сра­зу дурь каж­до­го вид­на.

Дело не в Исе ибн Марья­ме (мир ему!) Дело в наклей­ке спра­ва, кото­рая одно­знач­но гово­рит нам о том, каких взгля­дов при­дер­жи­ва­ет­ся этот… авто­лю­би­тель. А ведь Иса ибн Марьям совсем дру­гие вещи гово­рил.

Хоро­шо, что каж­дый может полу­чить пер­со­на­ли­зи­ро­ван­ный номер­ной знак! Муда­ка — вид­но изда­ле­ка.