Category: акын

Почти поспел. Вез­де у нас на Юге рас­тёт, дичок:

«Вино­град круг­ло­ли­стый», если выра­жать­ся науч­но.

Он доволь­но слад­кий, но кожи­ца очень тол­стая и жёст­кая — есть в све­жем виде не очень инте­рес­но. Его в основ­ном исполь­зу­ют для при­го­тов­ле­ния вин и желе. Вкус при­ят­ный, но… на люби­те­ля. Эта вот «мускат­ность» доволь­но быст­ро надо­еда­ет.

Ника­кой дру­гой куль­тур­ный вино­град, ни сто­ло­вый, ни вино­дель­че­ский, у нас не рас­тёт — от нашей влаж­но­сти он быст­ро зара­жа­ет­ся гриб­ком и поги­ба­ет. Этот выжи­ва­ет за счёт сво­ей тол­стой кожи­цы, кото­рая защи­ща­ет его от инфек­ции. Есть гибри­ды куль­тур­ных вино­гра­дов и это­го дич­ка, спо­соб­ные рас­ти даже в наших усло­ви­ях, но мне не дово­ди­лось про­бо­вать ни разу, так что по пово­ду вку­со­вых качеств ниче­го не ска­жу.

Жду не дождусь нор­маль­но­го гига­би­та как вниз, так и вверх. Ура! Но — рас­ска­зать я хотел про дру­гое.

Нака­нуне того, как интер­нет­чи­ки при­гна­ли тяжё­лую тех­ни­ку для уклад­ки кабе­ля, при­ска­ка­ли все город­ские служ­бы и поме­ти­ли свои ком­му­ни­ка­ции. Теле­фон — оран­же­вым, воду — синим, газ — жёл­тым, а искри­че­ство — крас­ным.

Но нель­зя недо­оце­ни­вать уме­ния экс­ка­ва­тор­щи­ков! Даже в хоро­шо раз­ме­чен­ном месте они всё рав­но что-нибудь возь­мут и рас­ко­па­ют. И таки да — смот­ри, рас­ко­па­ли!

Сидим без воды.

Сезон коше­ния тра­вы в раз­га­ре. Каж­дую неде­лю — пожа­луй­те, гос­по­дин поме­щик, стри­ги­те своё поме­стье. В нашем суб­тро­пи­че­ском кли­ма­те это, увы, явля­ет­ся суро­вой необ­хо­ди­мо­стью — в высо­кой тра­ве момен­таль­но раз­во­дит­ся туча насе­ко­мых. И если куз­не­чи­ки-то фиг с ними, то вот с кле­ща­ми уже не фиг. Кле­ще­во­го энце­фа­ли­та, сла­ва Аскле­пию, в Новом Све­те (пока) нет, а вот с кле­ще­вым бор­ре­ли­о­зом (болезнь Лай­ма) или пят­ни­стой лихо­рад­кой у нас усё в пов­ным парад­ку. Потом, здесь с ядо­ви­ты­ми пау­ка­ми всё тоже пре­крас­но. Меня уку­си­ла чёр­ная вдо­ва один раз. Мне, зна­е­те, не понра­ви­лось. Два дня лежал без сил и бле­вал.

И с ядо­ви­ты­ми зме­я­ми всё хоро­шо. Кобр и подоб­ных гнид у нас не водит­ся, а вот гре­му­чих змей, корал­ло­вых аспи­дов, или мед­но­го­ло­вых щито­морд­ни­ков — солить мож­но.

Коро­че, тра­ву надо косить, и нику­да от это­го не деть­ся. Раз­ве что опрыс­кать все восемь­де­сят соток участ­ка гли­фо­са­том, и засы­пать его дере­вян­ной щепой сло­ем тол­щи­ной сан­ти­мет­ров десять. И под­нов­лять каж­дый год.

Так вот, к чему я это всё. С это­го лета буду при­вле­кать к рабо­те над участ­ком стар­ше­го бар­чу­ка. За руль трак­то­ра или за рыча­ги косил­ки я его не пущу, а вот трим­ме­ром пущай пора­бо­та­ет. Я как раз трим­ме­ром нена­ви­жу рабо­тать, а он нехай при­вы­ка­ет.

Думаю купить трим­мер на бата­рей­ках. Не пото­му, что я весь из себя зелё­ный, нет. Про­сто трим­ме­ры на бата­рей­ках тупо лег­че бен­зи­но­вых. Да, себе бы я такой не купил — у меня бен­зи­но­вая Хусквар­на есть на трид­цать пять куби­ков, мащи­на-звер, слю­щай. А бата­рей­ный ребён­ку или жен­щине — самое оно.

Так вот прак­ти­че­ски все про­из­во­ди­те­ли бата­рей­ных трим­ме­ров не рас­ска­зы­ва­ют всей прав­ды. Они не гово­рят глав­но­го — сколь­ко эта шту­ка весит. Даже Хусквар­на, к кото­рой я вооб­ще-то обыч­но поло­жи­тель­но отно­шусь. Но они хотя бы гово­рят, что ука­зы­ва­е­мый вес — без бата­рей­ки:

Гов­но­про­из­во­ди­те­ли гов­но­ма­рок, типа «Кобаль­та», не сооб­ща­ют и это­го:

Что это? С бата­рей­кой? Без бата­рей­ки? А чорт его зна­ет!

И един­ствен­ная мар­ка, кото­рая чест­но пуб­ли­ку­ет всю инфор­ма­цию, это «Штиль»:

Наде­юсь, чей про­дукт я куп­лю в резуль­та­те, оче­вид­но 🙂

В ком­мен­та­ри­ях к преды­ду­щей запи­си было выска­за­но здра­вое сомне­ние — а дей­стви­тель­но ли рус­ское ядер­ное ору­жие спо­соб­но до сих пор угро­жать услов­но­му «Запа­ду»? Здра­вое — пото­му что гля­дя, напри­мер, на «успе­хи» рос­сий­ско­го чер­но­мор­ско­го фло­та на войне с Укра­и­ной, дей­стви­тель­но невоз­мож­но не усо­мнить­ся в бое­спо­соб­но­сти всех про­чих родов войск, вклю­чая РВСН.

Дей­стви­тель­но, ядер­ное (вер­нее, тер­мо­ядер­ное) ору­жие тре­бу­ет посто­ян­но­го обслу­жи­ва­ния. От повы­шен­ной ради­а­ции может отка­зать элек­тро­ни­ка. Обыч­ная взрыв­чат­ка, ини­ци­и­ру­ю­щая ядер­ный запал, тоже хими­че­ски рас­па­да­ет­ся и может тре­бо­вать заме­ны. Кро­ме того, в любой тер­мо­ядер­ной бое­го­лов­ке есть источ­ник ней­тро­нов, необ­хо­ди­мый для ини­ци­а­ции тер­мо­ядер­ной реак­ции. Это три­тий или смесь дей­те­рия-три­тия. У три­тия есть осо­бен­ность — он радио­ак­ти­вен, и пери­од полу­рас­па­да у него две­на­дцать с копей­ка­ми лет. Более того, после того, как он про­хо­дит бета-рас­пад, он пре­вра­ща­ет­ся в гелий‑3, кото­рый не толь­ко не явля­ет­ся источ­ни­ком ней­тро­нов, а совсем наобо­рот — явля­ет­ся их погло­ти­те­лем. То-есть, хошь-не хошь, а его надо менять, и обыч­но меня­ют раз в пять лет. Если так не делать, то мощ­ность бое­го­лов­ки будет сни­же­на. Ска­жем, вме­сто стан­дарт­ных 475 кило­тонн (аме­ри­кан­ская бое­го­лов­ка W88) на выхо­де будет толь­ко 100. Или же тер­мо­яд­ка вооб­ще не зажжёт­ся, и полу­чит­ся толь­ко мощ­ность ини­ци­и­ру­ю­ще­го ядер­но­го заря­да, а там 20 кило­тонн или даже мень­ше.

Из-за это­го на обслу­жи­ва­ние одних толь­ко суще­ству­ю­щих бое­го­ло­вок Соеди­нён­ные Шта­ты в год тра­тят при­мер­но 23 (два­дцать три) мил­ли­ар­да дол­ла­ров.

Зако­но­мер­но воз­ни­ка­ет вопрос — а как у Рос­сии с их обслу­жи­ва­ни­ем? Как, напри­мер, с источ­ни­ка­ми три­тия? Три­тий на дере­вьях не рас­тёт, что­бы его полу­чить, надо спе­ци­аль­ным обра­зом облу­чать литий.

С источ­ни­ка­ми три­тия в Рос­сии сей­час хуже, чем было в СССР. Рань­ше три­тий изго­тав­ли­ва­ли в избы­точ­ных коли­че­ствах на пред­при­я­тии Маяк. Но реак­тор для про­из­вод­ства три­тия был оста­нов­лен в 1987 году. Сей­час Маяк про­из­во­дит три­тий, но в неболь­ших коли­че­ствах. Так­же на Мая­ке зани­ма­ют­ся пере­ра­бот­кой ста­ро­го три­тия. Три­тий ведь, повто­рюсь, рас­па­да­ет­ся в гелий‑3, соот­вет­ствен­но, всё, что надо сде­лать — это раз­де­лить ещё остав­ший­ся три­тий и полу­чив­ший­ся гелий и впе­рёд, «баба ягод­ка опять». Бла­го, совет­ская власть в своё вре­мя нара­бо­та­ла три­тия доста­точ­ное коли­че­ство.

Вывод: у Рос­сии доста­точ­но три­тия, что­бы обслу­жи­вать суще­ству­ю­щий парк бое­го­ло­вок. У них его недо­ста­точ­но, что­бы, напри­мер, рез­ко рас­ши­рить ядер­ный арсе­нал. Но под­дер­жи­вать суще­ству­ю­щий в поряд­ке — для это­го вполне хва­тит.

Для справ­ки: Соеди­нён­ные Шта­ты тоже в своё вре­мя оста­но­ви­ли реак­тор, нахо­дя­щий­ся на пред­при­я­тии «Саван­на-Ривер» (Южная Каро­ли­на) для про­из­вод­ства три­тия, в 1988 году. Но уже в 2003 году про­из­вод­ство три­тия пере­за­пу­сти­ли в шта­те Тен­нес­сии, исполь­зуя мощ­но­сти АЭС Уоттс-Бар.

Цен­тры про­из­вод­ства и обслу­жи­ва­ния ядер­ных бое­при­па­сов — ВНИИЭФ и ВНИИТФ — тоже живы и здо­ро­вы. В‑общем, лич­но у меня нет осно­ва­ний что­бы пес­си­ми­стич­но (или опти­ми­стич­но — это уж как вы лич­но смот­ри­те) оце­ни­вать состо­я­ние РВСН как «нера­бо­чее». Понят­ное дело, мне неиз­вест­но, а как там, напри­мер, у РВСН со свя­зью, напри­мер. Пото­му что как со свя­зью у армии Рос­сии мы уже виде­ли — пона­ча­лу вооб­ще обыч­ные радио­лю­би­те­ли её пере­хва­ты­ва­ли. Но в том, что каса­ет­ся бое­го­ло­вок и ракет — всё долж­но быть нор­маль­но.

Все­гда инте­рес­но читать про то, как одну и ту же тех­ни­че­скую зада­чу раз­ные стра­ны и инже­нер­ные куль­ту­ры реша­ют по-раз­но­му. Вот, ска­жем, ядер­ное ору­жие. Ядер­ная три­а­да — это назем­ные МКБР, БРПЛ (раке­ты на под­вод­ных лод­ках), и бом­бе­ры.

С бом­бе­ра­ми всё у США и Рос­сии обсто­ит более-менее оди­на­ко­во, раз­ве что у Рос­сии есть сверх­зву­ко­вые бом­бар­ди­ров­щи­ки, а у США их нет; зато у аме­ри­кан­цев есть стелс-бом­бар­ди­ров­щи­ки, а у Рос­сии нет.

А вот назем­ные раке­ты и раке­ты на под­лод­ках — фило­со­фия очень раз­ная.

Напри­мер, для США БРПЛ — это ору­жие пер­во­го уда­ра с под­лёт­ным вре­ме­нем 8–10 минут. Из ней­траль­ных вод запу­стил и всё — лететь там неда­ле­ко. А Рос­сия к БРПЛ отно­сит­ся как к ору­жию вто­ро­го уда­ра (уда­ра воз­мез­дия). Поэто­му под­лод­ки про­ек­та 955 «Борей» в основ­ном скры­ва­ют­ся в сво­их бух­тах, где они пре­крас­но защи­ще­ны. Най­ти и уни­что­жить их слож­но, и они навер­ня­ка пере­жи­вут пер­вый удар, что­бы потом отве­тить «Була­ва­ми». Если Рос­сия будет нано­сить пер­вый удар, она будет нано­сить его раке­та­ми назем­но­го бази­ро­ва­ния.

И как раз с ними под­ход у стран очень силь­но раз­ли­ча­ет­ся. Назем­ные МКБР США — это раке­ты шахт­но­го бази­ро­ва­ния. Заглуб­лён­ность, защи­щён­ность этих ракет пред­по­ла­га­ет их выжи­ва­е­мость ради нане­се­ния ответ­но­го уда­ра.

У Рос­сии раке­ты шахт­но­го бази­ро­ва­ния тоже есть, но основ­ная часть ракет — это раке­ты на мобиль­ных пус­ко­вых уста­нов­ках Тополь‑М и Ярс. И выжи­ва­ют они не за счёт сверх­за­щи­щён­но­сти и десят­ков мет­ров бето­на, а имен­но что за счёт мобиль­но­сти.

Погля­дим на одну из баз РВСН 54‑й ракет­ной диви­зии, рас­по­ло­жен­ных в рай­оне Тей­ко­во, что в Ива­нов­ской обла­сти. В Вики­пе­дии напи­са­но, что на каж­дой базе рас­по­ло­же­но девять ракет Тополь‑М или Ярс. И точ­но, девять, я стре­лоч­ка­ми отме­тил укреп­лён­ные анга­ры, в кото­рых рас­по­ло­же­ны пус­ко­вые уста­нов­ки:

При тре­во­ге они отту­да в тече­ние несколь­ких минут долж­ны из анга­ров выехать и разъ­е­хать­ся по окру­жа­ю­щим базу лес­ным мас­си­вам, где най­ти их уже будет непро­сто. Если не успе­ют, то их накро­ют БРПЛ.

Очень, конеч­но, инте­рес­но, как этот баланс будет менять­ся в свя­зи с появ­ле­ни­ем дро­нов. Дро­ны вполне могут выве­сти пус­ко­вые уста­нов­ки из строя, как толь­ко те выедут из защи­щён­ных анга­ров. В этом отно­ше­нии шахт­ная МКБР зна­чи­тель­но луч­ше — её дро­ном не доста­нешь.

Да, и «что­бы два раза не вста­вать». Я вот пред­став­лял себе совет­скую систе­му «Пери­метр» («руку мерт­ве­ца») как эда­кий Скай­нет, кото­рый спо­со­бен запус­кать раке­ты авто­ном­но. Ока­за­лось, нифи­га. «Пери­метр» — это все­го лишь систе­ма опо­ве­ще­ния войск РВСН при поте­ре управ­ля­ю­ще­го цен­тра. И рабо­та­ет она доволь­но про­сто (а про­сто — зна­чит, надёж­но) — взле­та­ет раке­та с радио­пе­ре­дат­чи­ком, по суб­ор­би­таль­ной тра­ек­то­рии летит над всей стра­ной, и по радио пере­да­ёт при­ка­за­ния о запус­ке ракет и коды запус­ка. То-есть, МКБР всё рав­но долж­ны запус­кать люди, а не некий Скай­нет. «Скай­нет» толь­ко запус­ка­ет раке­ту с радио­ма­тю­галь­ни­ком.

У США систе­мы «Пери­метр» нет, пото­му что аме­ри­кан­цы не счи­та­ют пра­виль­ным пере­да­вать кон­троль над ядер­ным ору­жи­ем «Скай­не­ту» (пере­сра­ли в 1979 году из-за сбо­ев в систе­мах опо­ве­ще­ния) — но при этом вся систе­ма воен­ных ком­му­ни­ка­ций постро­е­на по-дру­го­му. При тре­во­ге в США взле­та­ют сра­зу несколь­ко воз­душ­ных команд­ных цен­тров (в про­сто­ре­чии — «само­лё­тов суд­но­го дня», doomsday planes), кото­рые под­дер­жи­ва­ют связь меж­ду собой через несколь­ко груп­пи­ро­вок спут­ни­ков, и могут даже свя­зы­вать­ся с под­лод­ка­ми через сверх­длин­ные вол­ны. Пола­гаю, в воз­ду­хе с этой бан­ду­ры может раз­ма­ты­вать­ся мно­го­ки­ло­мет­ро­вая антен­на, необ­хо­ди­мая для пере­дач на VLF. Все­го таких само­лё­тов в США 16 штук. Пол­ная поте­ря управ­ле­ния при таких ввод­ных пред­став­ля­ет­ся мало­ве­ро­ят­ной.

Повто­рюсь, все­гда инте­рес­но гля­деть на то, как раз­ные куль­ту­ры по-раз­но­му реша­ют оди­на­ко­вые про­бле­мы.

Как-то, ока­зы­ва­ет­ся, мимо меня про­шла эта пре­крас­ная замет­ка.

«Меди­цин­ская стра­хо­вая ком­па­ния «Юнай­тед Хелт­кер» при­пла­чи­ва­ла меди­цин­ским работ­ни­кам, тру­дя­щим­ся в домах пре­ста­ре­лых, что­бы «сни­зить коли­че­ство гос­пи­та­ли­за­ций» паци­ен­тов.»

Пере­во­жу на обще­че­ло­ве­че­ский. Ста­ри­ков, живу­щих в домах пре­ста­ре­лых, когда им ста­но­ви­лось пло­хо, отка­зы­ва­лись вез­ти в неот­лож­ку. Нехай пере­топ­чут­ся. А сдох­нут — и даже луч­ше, рас­хо­дов мень­ше будет. А чо, всё рав­но они уже одной ногой в моги­ле. Осо­бен­но те, у кого демен­ция уже — им-то вооб­ще всё похрен. Ага.

В ответ «Юнай­тед Хелт­кер» выка­ти­ли ответ, в кото­ром назва­ли гос­пи­та­ли­за­ции ста­ри­ков «ненуж­ны­ми» и вооб­ще, когда ста­ри­ки сами согла­ша­ют­ся на отказ от реани­ма­ции — им же луч­ше!

А потом до кучи эти стра­хо­ви­ки пода­ли на «Гар­диан» в суд.

А то вот граж­дане не пони­ма­ют — за что же это такое Луи­джи Нико­лас Ман­джоне застре­лил Брай­а­на Томп­со­на, быв­ше­го ген­ди­рек­то­ра «Юнай­тед Хелт­кер». Вот за это и застре­лил. Посту­пок не одоб­ряю, но моти­ва­цию пони­маю на все 120%

По затра­там на меди­цин­ское обслу­жи­ва­ние мы в мире номер один, а по про­дол­жи­тель­но­сти жиз­ни на 55 месте. И лад­но, шут с ним, я не пре­тен­дую на то, что­бы по про­дол­жи­тель­но­сти жиз­ни мы бы были срав­ни­мы с Япо­ни­ей, Швей­ца­ри­ей, или Шве­ци­ей. Но быть поза­ди таких пере­до­вых стран как Сло­ве­ния, Кувейт, Оман, и даже Алба­ния…

Но вы про­дол­жай­те топить за самую пере­до­вую в мире част­ную стра­хо­вую меди­ци­ну, да-да. Впе­ре­ди ещё мно­го ново­го — осо­бен­но когда постар­ше ста­не­те, и нач­нё­те репу чесать — «а меня там не при­мо­рят, часом, ради сни­же­ния рас­хо­дов?»

И вооб­ще. Да, ино­гда по-пер­во­сти мож­но занять такую пози­цию — «а у меня всё пре­крас­но! у меня на рабо­те хоро­шая стра­хов­ка, недо­ро­гая, и всё, что мне было надо, они покры­ли!» Клю­че­вое тут — «всё, что мне было надо». Если моло­дой, здо­ро­вый и бога­тый, то жить вооб­ще хоро­шо. Но всё это хоро­шо ров­но до того момен­та, когда ты сам не попа­да­ешь под раз­да­чу. Я вот под раз­да­чу попал уже мини­мум несколь­ко раз, при­чём под хоро­шую такую раз­да­чу, не на один деся­ток тысяч дол­ла­ров. И вы зна­е­те, помог­ло — розо­вые очки сле­та­ют момен­таль­но. Стра­хо­вая меди­ци­на суще­ству­ет не для того, что­бы вас обес­пе­чить меди­цин­ским обслу­жи­ва­ни­ем, а для того, что­бы выка­чи­вать из вас день­ги. Как толь­ко вы пой­мё­те этот про­стой момент, сра­зу всё вста­нет на свои места.

Да, внут­ри Фью­же­на-360 я все­гда рабо­таю в чело­ве­че­ских мил­ли­мет­рах, а не в этом изде­ва­тель­стве импер­ских изме­ре­ний. В импер­ских еди­ни­цах хоро­шо неко­то­рые быто­вые вещи мерять — напри­мер, тол­щи­ну бифт­шек­сов. Биф­штекс тол­щи­ной в один дюйм (шири­на муж­ско­го боль­шо­го паль­ца) — недо­ра­зу­ме­ние, а вот два или ещё луч­ше два с поло­ви­ной дюй­ма — вот это уже мой раз­мер­чик. Мили тоже в отдель­ных момен­тах удоб­нее — напри­мер, все съез­ды с феде­раль­ных шос­се у нас про­ну­ме­ро­ва­ны по миле, на кото­рой они рас­по­ло­же­ны. Таким обра­зом, зная, где ты нахо­дишь­ся, и зная номер нуж­но­го съез­да с феде­раль­но­го шос­се, при ско­ро­сти в 60 миль в час преду­га­дать, сколь­ко тебе ещё ехать — эле­мен­тар­нее не быва­ет. Коли­че­ство остав­ших­ся минут рав­но коли­че­ству остав­ших­ся миль.

Мили так­же удоб­нее для ходь­бы пеш­ком. Миля — это тыся­ча шагов, от латин­ско­го «mille» (тыся­ча) — это, зна­чит, стан­дарт­ный рим­ский леги­он, делая тыся­чу шагов, про­хо­дил енту самую милю. Отту­да всё, от рим­лян. Тут к месту была бы бай­ка про «Спейс Шаттл» и шири­ну двух лоша­ди­ных зад­ниц, но ищи­те её сами. Дли­на бего­вой дорож­ки аме­ри­кан­ско­го ста­ди­о­на — 440 ярдов или 400 мет­ров с малень­ким хво­сти­ком, это чет­верть мили. Четы­ре раза ста­ди­он обе­жал — милю про­ска­кал. В‑общем, в отдель­ных момен­тах импер­ские изме­ре­ния луч­ше визу­а­ли­зи­ру­ют­ся. Но рабо­тать с ними, так ска­зать, пре­ци­зи­он­но — нуе­во­на­фиг.

Шурин, кста­ти, когда дизай­нит свои шту­ки для ЧПУ­я­то­ров, рабо­та­ет в дюй­мах, но дела­ет ход конём — рабо­та­ет в тысяч­ных дюй­ма. Таким обра­зом, оно вро­де и импер­ское, а с дру­гой сто­ро­ны все дро­би вме­ня­е­мые деся­тич­ные, вме­сто этих при­ба­бах­ну­тых нату­раль­ных. Чо? Нату­раль­ные тоже нор­маль­ные? А ну-ка, быст­ро отве­тил — что боль­ше? ⁷⁷⁄₁₂₈, ¹⁹⁄₃₂, али ³⁹⁄₆₄???? Ну??? И???? Вот то-то.