Category: америка

Кто следующий на очереди?

Вот живёшь себе вполне успешной иммигрантской жизнью: всё есть, работа есть, деньги есть — и, поскольку родители моложе не становятся, хочешь вытащить их к себе.

Проблема известная и, в общем, решаемая: граждане США имеют право спонсировать непосредственных родственников на иммигрантскую визу.

Зарабатываешь ты нормально, есть где жить, можешь даже небольшой домик купить для родителей…

И тут тебе — НННА: известно что в рот и известно что на воротник.
США замораживают выдачу иммигрантских виз для граждан 75 стран.

Неполный список затронутых стран: Армения, Азербайджан, Беларусь, Грузия, Казахстан, Кыргызстан, Молдова, Монголия, Россия, Узбекистан.

Предлог?
«Иммигранты должны быть финансово независимыми».

*censored* твою!!

А форма I-864 — свидетельство о финансовой поддержке, которую испокон веков нужно было подавать в пакете документов на иммигрантскую визу, — она тогда вообще для чего была нужна?
Для красоты?

Ну чо за бред-то?
Они там в администрации Трампа все малохольные, что ли?
Всем мозги поотшибало?

Как там в цитате…

«Сначала они пришли за социалистами, и я молчал — потому что я не был социалистом.
Затем они пришли за членами профсоюзов, и я молчал — потому что я не был членом профсоюза.
Затем они пришли за евреями, и я молчал — потому что я не был евреем.
Затем они пришли за мной — и не осталось никого, кто мог бы говорить за меня».

Если вы думаете, что молодчики, сказавшие громилам ICE «фас», остановятся на мексиканцах — вы глубоко заблуждаетесь.

Хоть одну вещь правильно сделали

Я плохо отношусь к современной администрации. Но наконец-то одну инициативу нашего федерального правительства могу похвалить.

Десятилетиями в США в качестве «научно обоснованных» рекомендаций по питанию всем подряд навязывали так называемую пищевую пирамиду. Согласно ей, основная часть калорий в рационе человека должна была приходиться на… углеводы: макароны, рис, хлеб, каши — чем больше, тем лучше.

Масло же считалось чуть ли не ядом, жирная говядина — гарантированным билетом к сердечному приступу, а всё, что выходило за рамки этой схемы, объявлялось «несбалансированным питанием».

Результат этого грандиозного эксперимента над населением хорошо известен: американцы массово обзавелись ожирением, диабетом второго типа, хроническими воспалениями, и «внезапно» высоким холестерином. При этом людям годами твердили, что проблема в них самих — мол, мало старались и неправильно считали калории. А фармацевтические компании хладнокровно извлекали прибыль из лечения заболеваний, ставших массовыми именно в результате этих рекомендаций.

И вот, наконец-то, кто-то — censored — всё-таки решил посмотреть не на красивые диаграммы, а на реальные результаты. Проанализировали данные по низкоуглеводным и кето-диетам (то есть рациону с высоким содержанием клетчатки, жиров и белка, и минимальным количеством усваиваемых углеводов) — и внезапно оказалось, что у людей на таком питании:

  • снижено воспаление
  • лучше профиль липидов
  • сахар в крови перестаёт скакать, как матрос с мачты на бушприт, и ведёт себя предсказуемо.
  • и ниже аппетит, потому что нормальная пища дольше переваривается

И теперь рекомендованная пищевая модель перевёрнута вверх ногами, и выглядит уже вот так:

Жаль только, что на вдалбливание предыдущей, откровенно вредной догмы ушли десятилетия. Какова была цена этих решений — в человеческом страдании, сломанном здоровье, и потерянных годах жизни — даже думать страшно.

via New US food pyramid recommends very high protein diet, beef tallow as healthy fat option, and full-fat dairy

И на злобу дня

Ах, огурчики мои, помидорчики!
Трамп Мадуру заловил,
в коридорчике!

Если всё это реально было надо, чтобы “взять нефть Венесуэлы под контроль”, мне, честно говоря, непонятно — нахрена. Мне вообще непонятно, почему у такого количества комментаторов любые разговоры про международные интервенции всегда схлопываются в одну-единственную сингулярность под названием “ради захвата ресурсов”.

США напали на Ирак — “ради нефти”.
А Крым от Украины отпилили зачем? Тоже ради нефти? Шельфовой, что ли? Вы не поверите, но есть и такие упоротые объяснения!
А СССР оккупировал Афганистан, видимо, тоже ради нефти. Она там, кстати, есть — на севере страны. Немного, но есть.

Все эти “объяснения” упираются в одну и ту же фундаментальную проблему. Война — это вещь чудовищно дорогая. Тех абсолютно невообразимых денег, которые Соединённые Штаты потратили на войну с Ираком, с лихвой хватило бы, чтобы просто купить иракскую нефть на рынке — и не один раз. И ведь, что характерно, иракцы были вполне себе рады её продавать. С радостью ставили нефтяные вышки, добывали всё больше и больше.

Если есть возможность что-то купить — это всегда будет дешевле, чем это что-то завоёвывать. Такие вот скучные, но упрямые реалии современного мира.

Мне поэтому всегда в упор были непонятны сентенции в духе “США хотят захватить Россию”. Зачем? На кой? Чтобы что? Иметь доступ к российской нефти? А что, Путин её не продаёт? Да с радостью продаёт — с песнями и плясками. Даже в обход санкций, теневым флотом танкеров, из-под полы — а продаёт!
“Купите, пожалуйста, мою нефть. Ниже рынка дам цену!”

И на кой тут воевать-то, при таких вводных?

Территория России США тоже не особо зачем нужна. Основная экономическая проблема этой страны — гигантское транспортное плечо от ресурсов на востоке до основной массы населения на западе — никуда не денется при любом флаге над Кремлём. Это просто невыгодное вложение денег. Гораздо выгоднее дружить да торговать. Или, на худой конец, не мешать торговать.

Теперь по самой нефти. Нефть, как ни странно, бывает разная. И цены за баррель у неё тоже разные. То, что мы обычно обсуждаем как “цену в долларах за бочку нефти”, — это цена на американскую нефть из Техаса, West Texas Intermediate (WTI). И это одна из лучших нефтей в мире: лёгкая (много жидких фракций) и сладкая (мало серы).

Российская нефть марки Urals уже заметно хуже — она тяжелее и “кислая”, с высоким содержанием серы. Она требует более сложной переработки: гидроочистки, крекинга, водорода — всего вот этого радостного химического счастья.
Нефть Ближнего Востока в среднем примерно такая же — средне-тяжёлая, с высоким содержанием серы.

Это, впрочем, не означает автоматически, что такая нефть дешевле. Американцы сегодня добывают нефти больше всех в мире, рынок завален WTI, Louisiana Light, Arkansas Sweet и прочими американскими радостями. А вот Iran Heavy на рынке немного, доставить её можно далеко не везде, и НПЗ под неё подходят не любые. Поэтому если твой завод заточен под Iran Heavy, тебе дешевле продолжать покупать именно её, чем полностью перестраивать производство под американскую лёгкую нефть.

Именно с этим столкнулись европейские НПЗ, когда попытались отвязаться от российской Urals: понадобились и перенастройки, и смешивание нефтей из разных стран, чтобы на входе получить хоть что-то, что они вообще способны перерабатывать без фейерверков и прочих нежелательных эффектов.

А нефть Венесуэлы — это, дарагие друзиа, практически битум. Как и вообще весь нефтяной бассейн пояса Ориноко. Чтобы эту радость вообще достать из-под земли, её нужно греть, разбавлять растворителями, и долго уговаривать течь по трубам. Потом — долго и вдумчиво перерабатывать, и всё равно значительная часть сырья уходит в асфальт и кокс. Сделать из неё что-то иное… ну, можно… но дорого, сложно, и без особого энтузиазма.

И вот скажите мне, пожалуйста: на какого лешего Америке, которая добывает больше всех нефти в мире, и у которой подавляющее большинство НПЗ заточены именно под лёгкую сладкую местную нефть, брать под контроль БИТУМ?

В какой вселенной это вообще имеет смысл?

Или, может быть, у нас асфальт закончился?

Может, когда политики говорят про “перестройку американской инфраструктуры”, они именно это имеют в виду?

Сидят такие, чешут репы:

— Да, что-то у нас с асфальтом стало плохо.
— Надо срочно захватить Венесуэлу!
— Да! Однозначно!!

Два паспорта? На выход!

Ну что, товарищи иммигранты с двумя (и более) гражданствами — готовьтесь пройти с вещами на выход.

Есть у нас такой сенатский билль — S.3283 — в котором английским по белому предлагается в течение года либо предоставить документальные доказательства отказа от второго (третьего, четвёртого — нужное подчеркнуть) гражданства, либо пройти на три буквы (TFO).

Текст, если кому интересно, вот тут:
https://www.congress.gov/bill/119th-congress/senate-bill/3283/text

Можете, впрочем, выдыхать: шансов пройти у этого билля — примерно ноль, поделенный на бесконечность. Поэтому, как это обычно бывает, интересен не сколько сам билль, а персонаж, которому вообще пришло в голову такое предложить.

Итак. Кто же у нас тут оказался альтернативно одарённым?

Сенатор Берни Морено.
барабанная дробь
Республиканец. Штат Огайо.

Если пройтись по ссылке, можно ознакомиться с остальными инициативами этого деятельного гражданина.

Вот, например:

Деанонимизация пользователей интернета “ради защиты детей”
Деанонимизация пользователей ИИ — опять же, “ради защиты детей”
Запрет на найм нелегальных иммигрантов — ВНЕЗАПНО, это УЖЕ запрещено действующим законом. Но, очевидно, очень хотелось выйти к микрофону и сообщить:
“Да я тут грудью на баррикады, с х.ем наперевес, в одиночку сражаюсь с нелегальной иммиграцией!”
Ровно один в один как у товарищей, которые по десять раз запрещают оружие, потому что предыдущие запреты “недостаточно запретили”.
Переименовать часть улицы в Вашингтоне в честь Чарли Кёрка.
Да. Вот именно этого сейчас больше всего не хватает нашей бедной стране. Без этого просто никто кюшать не может.

И вот это всё — люди, которые называют себя “консерваторами”?
То есть сторонниками маленького государства, которое не лезет в жизнь граждан?

Правда, что ли?

Клянусь, чем дольше живу, тем больше убеждаюсь в правоте “теории подковы”: в своих крайностях что ультралевые, что ультраправые с одинаковой пунктуальностью, как по часам, приходят к одному и тому же — к авторитаризму и фашизму.

Ну, молодцы.

Не стесняются

Какие, всё же, у нас долболомские законы в плане наркотиков. Кустами марихуаны владеть нельзя, это Schedule I, турма сидеть. А вот кустами мака владеть можно! И продавать маковую соломку в интернетах тоже можно. Art grade, ага-ага. Если арт-проект — это изготовление черняжки, то да, конечно.

Гады и сволочи

House Advances HR 3492, Felony Penalties for Gender-Affirming Care

Прежде чем в комменты прибегут люди, обвиняющие меня в том, что я хочу лично отрезать члены мальчикам до 18 лет (как водится), хочу внести ясность. Чтобы мы говорили об одном и том же, а не общались на тему придуманных соломенных человечков.

Факты. Не эмоции. Факты.

1. Генитальная хирургия у трансгендерных несовершеннолетних — крайне редка, до исчезающе малых величин.
В крупных страховых и медицинских выборках за последние годы речь идёт о десятках случаев на всю страну за несколько лет, и это в основном старшие подростки. Для детей младшего возраста таких случаев в данных просто нет.
Подавляющее большинство генитальных операций у несовершеннолетних — это хирургия у людей с интерсекс-вариациями (врождённые особенности развития половых органов, раньше таких людей ещё называли гермафродитами), и эта практика существует десятилетиями.

2. Мастектомия у несовершеннолетних — исключение из исключений.
Да, такие случаи бывают, но настолько редко, что они каждый раз проходят через многоступенчатую процедуру: консилиумы врачей, длительное наблюдение, психотерапию, согласие родителей и т.д.
Мне, например, совершенно непонятно, как Клои Коул — ныне икона анти-транс движения — вообще прошла через эту процедуру. Особеннно учитывая её психические отклонения. Но её медицинскую карту нам, разумеется, никто не покажет: это приватные данные. Поэтому разбирать её конкретный случай — бессмысленно. Факт остаётся фактом: это не массовая практика и никогда ею не была.

3. Блокаторы полового созревания используются с 1990-х годов, в том числе для лечения преждевременной пубертатности. Но давайте скажем главное — не про годы, а про суть.
Принуждать человека проходить половое созревание под действием гормонов, которые не соответствуют тому, кем он себя ощущает, — это невероятно жестоко. Это не «нейтральный процесс», не «подождём и посмотрим», а активное причинение страдания.

Любой, кто считает, что «ничего страшного», может провести простой мысленный эксперимент.
Пусть прямо сейчас начнёт жить под именем противоположного пола. Пусть сменит одежду. Пусть начнёт принимать гормоны. Пусть у него начнут расти груди — или, наоборот, грубеть голос, лезть волосы по всему телу, меняться запах, лицо, тело.
И пусть честно подумает, как это будет ощущаться изнутри. День за днём. Год за годом. Без возможности нажать «стоп». Если вы не транс — я гарантирую, вам не понравится.

Если после этого кому-то всё ещё кажется, что «можно просто подождать», — проблема не в медицине. Проблема в полном отсутствии эмпатии.

Так какую же поддерживающую гендерную помощь вообще могут получать подростки — даже в самых либеральных штатах?

1. Психотерапию — очевидно, обратимую.
2. Социальное транзирование (имя, одежда, внешний вид) — тоже полностью обратимо.
3. Блокаторы пубертатности — эффект заключается во временной паузе.
4. Гормональная терапия — в исключительно редких случаях и, как правило, у старших подростков. Речь идёт о долях процента от всех подростков в стране, и всегда — с участием врачей и согласием родителей.

ВСЁ.

Никакого «отрезания членов», «наращивания клиторов» и прочего порнофольклора.

Теперь о законопроекте HR 3492.

Если его примут, федеральным преступлением станут:

  • генитальная хирургия для несовершеннолетних,
  • гормональная терапия,
  • мастектомия,
  • и даже блокаторы пубертатности — если речь идёт о транс-подростках.

Генитальную хирургию можно вынести за скобки — её и так почти не делают трансгендерным несовершеннолетним. Как и мастектомию.
С гормонами — ладно, пусть будет 18 лет вместо обычных 16-17, исчезающие доли процента, как-нибудь переживём.

А вот дальше начинается абсурд.

Закон избирательно разрешает блокаторы пубертатности цисгендерным детям, но запрещает их транс-подросткам.
То есть одним — можно, другим — нельзя. В зависимости от идентичности. При том, что эффекты — обратимы.

Это и есть дискриминация. Именно так она и выглядит.

В общем, козлы, уроды, гады, и сволочи.
Других слов у меня нет.

FAQ для особо одарённых
Continue reading “Гады и сволочи”

Фильм “Квартира”

Торгнуло вдруг пересмотреть некоторые классические американские фильмы, которые раньше, увы, были знакомы только в переводе — а в переводе, конечно же, теряется масса деталей. Интересно разглядывать бытовые мелочи, присматриваться к жестам, к интонациям, к тому, как многое с тех пор изменилось.

Так получилось пересмотреть «Квартиру» 1960 года с великолепным Джеком Леммоном в главной роли. Про этот фильм можно говорить долго — и он действительно прекрасен. Его назвали фильмом года, а Леммона номинировали на «Оскар» (абсолютно заслуженно). Но помимо художественных достоинств, фильм для своего времени был ещё и чрезвычайно остро социальным.

Он довольно прямо говорил о положении женщин в тогдашнем корпоративном мире. Низкий социальный статус фактически оставлял им выбор всего из двух вариантов: либо соглашаться на сексуальные отношения с начальником, либо оказываться выкинутой без трусов на мороз. Сегодня на такие сцены смотришь уже с внутренним счётчиком — отмечая, сколько раз в фильме демонстрируется откровенное сексуальное домогательство. Когда мужчины на руководящих постах не видели ровным счётом ничего предосудительного в том, чтобы мимоходом шлёпнуть подчинённую по заднице. «Ачётакова», ага.

Но внимание в этот раз привлекла немного другая деталь.

Все положительные персонажи в фильме — это иммигранты из Центральной и Восточной Европы в первом или втором поколении. Это, например, евреи-ашкеназы: хозяйка квартиры миссис Либерман и доктор Дрейфус с супругой — соседи главного героя. Доктор вообще замечателен: человек дела, а не слов. И супруга у него соответствующая — настоящая еврейская мама в самом лучшем смысле этого выражения. Фамилия, кстати, характерная: Дрейфус — еврейская фамилия немецкого происхождения, Drei Fuß это “треножник”. Вероятно, что-то связанное с германской ономастикой.

Главная героиня носит чешско-словацкую фамилию Кубелик, и её образ без труда считывается как образ дочери иммигранта. Даже несмотря на то, что роль исполняет не славянская по происхождению прекрасная актриса Шёрли МакЛейн, её экранный образ — за счёт интонаций, пластики, и режиссёрских решений — читается вполне как восточно-европейский, но уже как иммигрантов во втором поколении.

Её шурин, капитально начистивший главному герою физиономию (а заодно и мозги), носит фамилию Матушка — характерную для польско-украинских пограничных регионов.

А вот главный антагонист — уже безо всяких оговорок англо-саксонец. Типичная самодовольная корпоративная рожа с говорящей фамилией “Шелдрейк”.

Поскольку действие происходит в Нью-Йорке, где подобное этнокультурное смешение было и остаётся нормой, всё это не выглядит натянутым или искусственным. Тем не менее такую деталь прекрасный режиссёр Билли Уайлдер — он же Самуил Вильдер, еврей, родившийся на территории современной Польши и бежавший от Гитлера, — разумеется, вставил в фильм совершенно осознанно.

В итоге с «Квартирой» получилось примерно то же, что когда-то с «Луной — суровой хозяйкой» Хайнлайна. Благодаря жизненному опыту и двуязычию удалось прочитать роман именно на том уровне сложности, который Хайнлайн изначально в него и закладывал, когда фраза «Bog knows, tovarischee» понятна до тонкостей без всякого переключения внутреннего контекста. А фильм «Квартира» оказался просмотрен с пониманием всех тонкостей и смыслов, которые вложил в него режиссёр — иммигрант в первом поколении.

Искренне рекомендую пересмотреть.

Нежданчик

Отношение отдельных полицейских организаций к законопослушным гражданам, носящим оружие, порой, прямо скажем, удивляет.

В нашем штате, чтобы носить огнестрел, никакое разрешение не требуется — поскольку сама идея «разрешения» противоречит нашей дорогой Конституции, запрещающей ущемлять это право. Тем не менее, я своё разрешение аккуратно получаю и вовремя обновляю. Во-первых, это дополнительное удостоверение личности, а во-вторых, если тебя остановил полицейский, наличие этой бумажки (которую всегда следует показывать первой) его сразу узбагаивает. Потому что эта бумажка показывает, что ты не какая-то хреновина с гор, а, вероятно, обычный законопослушный, респектабельный человек, который почему-то не заметил, например, знак об ограничении скорости. Рекомендую.

Очень порадовало предложение H.R. 38, которое вносит следующее изменение в федеральное законодательство:

“…лицо, которому федеральным законом не запрещено владеть, перевозить, отправлять или получать огнестрельное оружие, имеющее действительный документ, удостоверяющий личность с фотографией, и имеющее действительную лицензию или разрешение, выданное в соответствии с законодательством штата и позволяющее скрытое ношение, либо имеющее право на скрытое ношение в своём штате проживания, может владеть или носить скрытое огнестрельное оружие (за исключением пулемётов и взрывчатки) … в любом штате…”

Это было бы просто справедливо. Почему законопослушный человек, носящий огнестрельное оружие (как это почти постоянно делаю я), внезапно превращается в жуткого преступника, сделав лишний шаг за границу штата? Где логика?

Однако организация “Братский Орден Полиции” (Fraternal Order of Police) выступила с резкой критикой, заявив, в частности, следующее: “Ожидается, что сотрудники полиции будут толковать и применять законы всех 50 штатов в режиме реального времени, не имея надёжных средств для проверки права человека на скрытое ношение оружия, особенно в штатах, где ношение оружия разрешено без дополнительных документов. Это лишает правоохранительные органы возможности подтвердить законное владение оружием во время встреч с гражданами, что создаёт путаницу и повышает риск в сложных ситуациях”.

А я скажу: какая, прости Юстиция, херня! Штатов, где разрешено ношение без документов, — двадцать девять. Не такая уж это ракетная хирургия, чтобы их нельзя было запомнить или хотя бы держать список в телефоне. И даже если человек обязан получать бумажное разрешение в своём штате — что это принципиально меняет? Ну предъявил он бумажку — и что? Где гарантия, что после получения этой бумажки он у себя дома ничего не натворил и не был лишён этого права? У него же никто не будет бегать отбирать разрешение вручную, а само оно не самоаннигилируется.

А всё, что нужно, чтобы у нас в штате человек потерял право на ношение — это чтобы кто-то против него выбил в суде запретительный приказ (restraining order). И что — удостоверение на ношение в этот момент, как, должно испариться со звуком “пшшш”?

Но даже это, блин, не главное. Не в этом, как говорится, поинт. Поинт в том, что преступники как чхали на все законы, так и будут продолжать чхать. Вот обяжите сначала всех гангстеров в том же Чикаго получать разрешения на оружие, а потом уже ловите мух на говне, сиречь, занимайтесь законопослушными гражданами. Только в жопе у вас не кругло так сделать, товарищи из братского ордена полиции, поэтому вы и выступаете против тех, кто реально соблюдает закон.

Верной дорогой

Верной дорогой, товарищи. Путин и Си Цзиньпин одобряют.
Американские законодатели прутся по проверенной тропинке восточных диктаторов — только флаг другой.

В штатах Висконсин и Мичиган хотят запретить VPN.
Разумеется, под благовидным соусом «заботы о детях».
Эта фраза вообще стала универсальным пропуском для любого цензураста и идиота с манией контроля: сказал «дети» — и готова карт-бланш залезать людям в телефоны, ноутбуки и головы.

Но, как водится, «забота о детях» — это не забота. Это первое убежище авторитариев всех мастей.
Сначала VPN, потом TOR, потом HTTPS, потом — ну вы поняли, да? «Если вам нечего скрывать» уже готово ждать за углом, как мантра.

И самое смешное — они не понимают даже базовых вещей. Не знают, как работает Интернет, что такое туннельный протокол, что такое шифрование. Люди, которые едва умеют открыть PDF, пытаются регулировать сетевые технологии уровня ядра. Это как если бы стадо коров объявило себя авиационными инженерами.

Цензурных слов у меня — нет. А те, что есть, просто нельзя печатать. Надеюсь, сия затея умрёт ещё даже не дойдя до голосования.

Что-то с партией моей стало…

У меня на протяжении довольно длительного времени к республиканцам было отношение… ну, скажем так: с пониманием. Не фанатично, но со взглядом извне, где ценишь идею маленького государства, индивидуальной свободы и права человека самому решать, как жить, во что верить, что носить, и чем защищать свои уши на стрельбище. “Меньше правительства, больше свободы”, “оружие — это право, а не привилегия” — всё вот это вот. Нормальная такая классическая американская либертарианская песня. С припевом про Founding Fathers.

А теперь у нас вместо песни какие-то марши играют. И как бы не похожие на немецкие, годов эдак 1930-х. Как известно, у нас отменили налог на покупку оружия, подпадаемого под акт NFA, как-то: кулемёты, ручные бонбы, обрезы, глушаки, и так далее. Мне из этого всего интересны были — только глушаки, кулемёт кормить — это никаких бабок не напасёсся. Ну, и после этого группы по защите прав на оружие, включая моих любимых GOA, влепили иск — “Ребята, если налог нынче составляет нуль без палочки талеров, на каком основании вы, собственно, всё это продолжаете регулировать?”

Ну, и сегодня наш рідний Минюст под руководством Памелы Бонди (да-да, при администрации Трампа) врубил то, что обычно включают демократы: Commerce Clause и Necessary and Proper Clause. То есть буквально говорит: “А знаете, Конгресс вообще может почти всё, если мы назовём это исполнением федеральных полномочий”.

И это уже не про глушаки или обрезы. Это про то, что партия, которая годами кричала о “чрезмерном вмешательстве федерального правительства”, теперь сама бодро объясняет суду, что у федерального правительства руки-то длинные, и, вообще, не мешало бы их ещё удлинить.

А теперь внимание — парадокс.
Я-то, как нормальный стрелок, хочу просто иметь возможность защитить свои уши. Это не про кулемёты с бонбами, и не про какие-то экзотические штуки. Это про маленькую железную банку, которая делает “бах” менее похожим на взрыв бомбы. В Европе это покупается без всяких форм, отпечатков пальцев, и регистрации — просто как “защита органов слуха”.

А у нас, видимо, глушитель — это такая угроза республиканской мечте, что даже после отмены налога Минюст стоит насмерть за сохранение федеральной регистрации. Прямо до последнего патрона.

И тут я ловлю себя на неприятной мысли.

Я и так с нынешней республиканской партией тяжело схожусь — мягко говоря — по вопросам транс-прав и их отношению к абортам. Но теперь, похоже, наши расхождения лезут и в совсем другую сферу, где раньше казалось: ну тут-то мы точно по одну сторону баррикад.

Оказалось, нет. А там, где у GOP начинается реальная возможность уменьшить государственное вмешательство — они внезапно становятся очень даже ЗА вмешательство. Особенно если это можно продать как Законъ и Порядокъ™.

И вот я смотрю на всё это и думаю: что-то с партией моей стало.

Причём стало не сегодня и не вчера. Просто раньше как-то мы по большим количествам вопросов сходились, чем теперь. Теперь у нас вообще — реально ничего общего. Dude, where’s my party? Серьёзно, вы вообще кто теперь такие?

PS: Сегодня в GOA ушёл небольшой донат. Поглядим ещё, кто кого.