Отпетросяню и отвангую

Во-пер­вых, визу­аль­но пет­ро­ся­нить нын­че ста­ло про­ще: ней­ро­се­ти льют ней­ро­крас­ки на ней­ро­холст в режи­ме нон-стоп, толь­ко промп­ты под­бра­сы­вай.

Во-вто­рых, перед нами все­го лишь оче­ред­ная демон­стра­ция силы. Ну да, в кото­рый раз пока­за­ли, чьи в лесу шиш­ки. Луч­шие в мире аме­ри­кан­ские и изра­иль­ские раке­ты лета­ют кра­си­во — никто, в общем-то, и не сомне­вал­ся.

Сме­на режи­ма? Не сме­ши­те мои тапоч­ки. Для сме­ны режи­ма нуж­на либо рево­лю­ция (а нали­чие в Пер­сии орга­ни­зо­ван­ной рево­лю­ци­он­ной силы, гото­вой немед­лен­но собой заме­нить суще­ству­ю­щую систе­му управ­ле­ния — всё по заве­там дедуш­ки Лени­на — вызы­ва­ет у меня серьёз­ные сомне­ния), либо окку­па­ция. А аппе­ти­та к окку­па­ции — нуль.

Так что пошу­мят, пооб­ме­ни­ва­ют­ся угро­за­ми, да и разой­дут­ся. А воз — как сто­ял, так и будет сто­ять.

На воз­вра­ще­ние како­го-нибудь пер­сид­ско­го шаха, как бы кому ни хоте­лось поно­сталь­ги­ро­вать, боюсь, рас­счи­ты­вать не при­хо­дит­ся.

Утечка мозгов

Теку­щая утеч­ка моз­гов (и тел) из Рос­сии очень нагляд­но вид­на по коли­че­ству олим­пий­ских атле­тов с абсо­лют­но рус­ски­ми (или почти рус­ски­ми) име­на­ми, высту­па­ю­щих под зару­беж­ны­ми фла­га­ми.

Кто-то уехал срав­ни­тель­но неда­ле­ко — напри­мер, в Поль­шу (Кура­ко­ва), Казах­стан (Само­дел­ки­на), или в Гру­зию (Смол­кин).
Кто-то — даль­ше: в Гер­ма­нию (Воло­дин) или Изра­иль (Маша Семе­нюк).

А кто-то пере­сёк Атлан­ти­ку — и теперь высту­па­ет за США (Мали­нин) или за наших север­ных сосе­дей, Кана­ду (Гого­лев).

В общем, что тут ска­жешь? Похо­же, повто­ря­ют­ся те самые девя­но­стые, когда из быв­ше­го СССР уез­жа­ли по-насто­я­ще­му мас­со­во (вклю­чая меня, если что). Мой школь­ный класс, кажет­ся, чуть ли не напо­ло­ви­ну разъ­е­хал­ся по миру.

Выво­ды каж­дый может сде­лать само­сто­я­тель­но.
Но лич­но мне поче­му-то горь­ко. Слиш­ком часто одна и та же исто­рия идёт по одно­му и тому же кру­гу. И неволь­но начи­на­ешь зада­вать­ся вопро­сом: что же с этим местом всё вре­мя не так?

Американский бук

В зим­нем лесу аме­ри­кан­ский бук вид­но изда­ле­ка — он на зиму не сбра­сы­ва­ет листья и так и про­дол­жа­ет сто­ять с золо­ти­стой лист­вой.

Выгля­дит кра­си­во.

Я вооб­ще люб­лю бук — осо­бен­но буко­вую дре­ве­си­ну. Её очень лег­ко опо­знать по харак­тер­ным чёр­точ­кам: ещё дедуш­ка пока­зал и научил. Вот, круп­ным пла­ном:

Кон­крет­ная фор­ма чёр­то­чек, прав­да, может силь­но зави­сеть от рас­пи­лов­ки дере­ва.

Плюс буко­вые ореш­ки — гово­рят, вкус­ные. Мне, впро­чем, про­бо­вать не дове­лось, так что ниче­го не могу ска­зать. Пишут, что ореш­ки эти чистить — в‑общем, с мяг­ким зна­ком сло­во пишет­ся — и обжа­ри­вать надо, что­бы какой-то там ток­син вывет­рил­ся.

Так что буки я люб­лю. Полез­ные и кра­си­вые дере­вья в лесу.

PS: В дет­стве Шер­лок Холмс был мною зачи­тан до дыр — «Пля­шу­щие чело­веч­ки» в своё вре­мя раз­ви­ли во мне нешу­точ­ный инте­рес к тай­но­пи­си.
И был там рас­сказ «Мед­ные буки». Дол­гое вре­мя не давал покоя вопрос: кто такие эти самые «буки» — пото­му что в рус­ском дет­ском язы­ке «бука» вооб­ще-то озна­ча­ет нехо­ро­ше­го, зло­го чело­ве­ка.

А потом попа­лось назва­ние рас­ска­за на англий­ском — Copper Beeches — и всё нако­нец вста­ло на свои места.
Буки — это не «кто», а дере­вья, блин 🙂
«А Сла­ва КПСС — вооб­ще не чело­век».

Про греческий язык

По пово­ду пят­ни­цы…

В гре­че­ском язы­ке есть такая при­став­ка — «кал­ли-», озна­ча­ю­щая «пре­крас­ный».
Напри­мер, была такая муза эпи­че­ской поэ­зии — Кал­лио­па, то есть «пре­крас­но­го­ло­сая».

Кал­ли­гра­фия — бук­валь­но «пре­крас­ное пись­мо».

Но мой люби­мый при­мер — это, без­услов­но, «кал­ли­пи­га».
Или, та-дам… «пре­крас­но­за­дая».

Гре­ки (ну, на то они и гре­ки) пошли даль­ше и даже сде­ла­ли скульп­ту­ру — Вене­ру Кал­ли­пи­гу.
И да, дерьер у неё — что надо!

Изви­ни­те, у меня всё!!!

Фоновая загрузка мыслей

Наи­бо­лее замет­ные улуч­ше­ния ско­ро­сти интер­нет-соеди­не­ния после уста­нов­ки опто­во­лок­на неожи­дан­но про­яви­лись… в Steam.
Пото­му что Steam вкла­ды­ва­ет серьёз­ные день­ги в CDN, и при ска­чи­ва­нии игр спо­со­бен прак­ти­че­ски пол­но­стью забить твой канал.

Вот это я пони­маю — про­пуск­ная спо­соб­ность, совсем дру­гое дело:

Не прям совсем пол­ный гиг, увы, но всё же близ­ко.

А Xenonauts 2 сей­час как раз на зим­ней рас­про­да­же — реко­мен­дую.
В жан­ре так­ти­че­ских симу­ля­то­ров это, пожа­луй, одна из самых близ­ких по духу наслед­ниц ста­рых доб­рых X‑COM и TFTD.

И XCOM 2 образ­ца 2016 года тоже очень даже неплох — хотя он уже мень­ше похож на идей­ную пре­ем­ни­цу ори­ги­наль­ной серии, в нём хва­та­ет соб­ствен­ных досто­инств:
зна­чи­тель­но более актив­ное исполь­зо­ва­ние вер­ти­каль­но­го про­стран­ства, жёст­кие клас­сы бой­цов, и почти неогра­ни­чен­ные воз­мож­но­сти по касто­ми­за­ции пер­со­на­жей — почти как в The Sims 😀

Вот, напри­мер, один из моих сол­дат — пре­крас­ный снай­пер родом из Фран­ции, кото­рый был без лиш­них раз­ду­мий назван Шар­лем де Гол­лем.
Разу­ме­ет­ся, он в шля­пе (жаль, чорт, что в игре нет бере­тов). И, конеч­но же, с рос­кош­ны­ми уса­ми.

Не знаю поче­му, но меня все­гда жут­ко при­ка­лы­ва­ло касто­ми­зи­ро­вать игро­вых пер­со­на­жей.
И ава­та­ров тоже, разу­ме­ет­ся — при­чём мне все­гда хоте­лось играть пер­со­на­жем-феми­ной.

Поче­му — увы, ста­ло ясно толь­ко мно­го лет спу­стя 😉

Если вам тоже это­го хочет­ся (или, наобо­рот, хочет­ся играть муж­чи­ной, если вы жен­щи­на) — вооб­ще-то, это доволь­но кон­крет­ный повод заду­мать­ся.
Да, себе мож­но дол­го объ­яс­нять, что «если уж смот­реть на зад­ни­цу героя, то пусть луч­ше это будет жен­ская зад­ни­ца», или что «у жен­ско­го ава­та­ра мень­ше хит­бокс»…

Но… 😉

Толкования снов

Мне, похо­же, уда­лось нащу­пать ещё одну неожи­дан­ную нишу при­ме­не­ния искус­ствен­но­го интел­лек­та — тол­ко­ва­ние снов. Нет, не в духе «про­ви­де­ния буду­ще­го» или про­чей мисти­че­ской ерун­ды — во все эти пред­ска­за­ния я не верю.
У меня своя ван­го­вал­ка есть, и она рабо­та­ет со 100% надёж­но­стью: как я пред­ска­зы­ваю — не полу­чит­ся ТОЧНО, поэто­му мож­но сме­ло поль­зо­вать­ся.

Нет, инте­рес тут совсем дру­гой:
а про что вооб­ще мой мозг мог думать и раз­мыш­лять, когда пере­до мной вдруг вста­ва­ли такие обра­зы?

Вот, даве­ча при­снил­ся мне полу­за­бро­шен­ный дом, в кото­ром уже никто не живёт. Стою я на кухне, и туда захо­дит голод­ный котё­нок — явно хочет есть. А что я, спра­ши­ва­ет­ся, могу ему дать? В холо­диль­ни­ке поче­му-то обна­ру­жи­ва­ет­ся май­о­нез. Ну, беру какую-то угва­з­дан­ную вусмерть таре­лоч­ку, мою её, кла­ду туда майо.
Чисто тео­ре­ти­че­ски, в прин­ци­пе, май­о­нез — это яйца и рас­ти­тель­ный жир в эмуль­сии; ну, не коша­чья еда, конеч­но, но…

Откры­ваю рiд­ний ЧатЖПТ, спра­ши­ваю:
«що це все було?»

И выле­за­ет, ну, вполне, по-мое­му, вме­ня­е­мый ответ:
твой сон был о том, что ты импро­ви­зи­ру­ешь на ходу в неиде­аль­ной ситу­а­ции.

При­коль­но.
Жаль толь­ко, что сны мне нын­че запо­ми­на­ют­ся пло­хо — а то был бы нескон­ча­е­мый поток лул­зов.

Про пшеницу и рис

Забав­но, что пше­ни­ца, ока­зы­ва­ет­ся, даёт в сред­нем мень­ше ста зёрен с одно­го рас­те­ния. Даже совре­мен­ные гибри­ды и ген­но-моди­фи­ци­ро­ван­ные сор­та. Поэто­му уро­жай­ность пше­ни­цы по пла­не­те в сред­нем дер­жит­ся в рай­оне 3–4 тонн с гек­та­ра. Самые высо­кие резуль­та­ты пока­зы­ва­ют неко­то­рые реги­о­ны Запад­ной Евро­пы — Ирлан­дия, Вели­ко­бри­та­ния, Нидер­лан­ды — там уда­ёт­ся полу­чить 6–8 тонн с гек­та­ра.

А вот рис — это, пря­мо ска­жем, супер-куль­ту­ра. Одно рас­те­ние (то есть всё, что вырос­ло из одно­го зер­на, пусть и с несколь­ки­ми стеб­ля­ми) может дать до двух тысяч зёрен. Поэто­му сред­няя миро­вая уро­жай­ность риса состав­ля­ет уже 4–6 тонн с гек­та­ра, а луч­шие реги­о­ны — Япо­ния, Вьет­нам — ста­биль­но выхо­дят на 8–10 тонн. И это — с одно­го уро­жая. Во Вьет­на­ме порой сни­ма­ют три уро­жая в год, полу­чая таким обра­зом до 30 тонн риса с гек­та­ра. Пше­ни­ца отды­ха­ет и толь­ко курит в углу.

Но у риса тоже есть своя беда: он тре­бо­ва­те­лен к тру­ду и кли­ма­ту. Ска­жешь «посад­ка риса» — и мозг тут же рису­ет япон­ских кре­стьян, сто­я­щих раком по коле­но в воде и под жар­ким япон­ским сол­ныш­ком вруч­ную выса­жи­ва­ю­щих рас­са­ду. Кста­ти, воду исполь­зу­ют не толь­ко пото­му, что рис обо­жа­ет вла­гу (хотя и это тоже прав­да), а в первую оче­редь что­бы пода­вить сор­ня­ки — в затоп­лен­ных полях они почти не рас­тут, а рис — вполне себе да. Посто­ян­ная ирри­га­ция, тяжё­лый труд, и доволь­но жёст­кие тре­бо­ва­ния к кли­ма­ту (ска­жем, в США рис рас­тёт толь­ко у нас, на Юге) огра­ни­чи­ли его рас­про­стра­не­ние за пре­де­ла­ми Юго-Восточ­ной Азии. В США основ­ные рисо­вые пло­ща­ди — это, вне­зап­но, штат Аркан­зас. Кто бы мог поду­мать о нём как о «рисо­вой кор­зине» стра­ны. В Ала­ба­ме рис тоже будет рас­ти, но у нас лап­ки мест­ность слиш­ком хол­ми­стая — а рису для ирри­га­ции нуж­на поверх­ность ров­ная, как стол.

Зато пше­ни­ца рас­тёт там, где не рас­тёт ров­ным счё­том них­ре­на. Хоть в Север­ной Дако­те, хоть в бес­ко­неч­ных полях Сас­ка­че­ва­на. Выса­дишь там рис — и полу­чишь голь­ный шЫш, а не уро­жай; а пше­ни­ца — коло­сит­ся себе.

Пра футбол

Какой-то супер­ку­бок по аме­ри­кан­ско­му фут­бо­лу в этот год был неин­те­рес­ный. «Орлы» тупо рас­топ­та­ли «Вождей» в вини­грет и сказ­ке конец. Полу­тай­мо­вое шоу было гов­но, Кенд­рик Ламар — это не мой вид спор­та от сло­ва «совсем». В‑общем, «на пол-шесто­го».

Одно при­ят­но — квор­тер­бек «Фила­дель­фий­ских Орлов», Джей­лен Хёртс, в своё вре­мя играл за уни­вер­си­тет­скую коман­ду аль­мы по мате­ри.

Именные номерные знаки

Ино­гда попа­да­ют­ся забав­ные.

Ещё весе­лее, когда граж­дане укра­ша­ют своё аффф­то наклей­ка­ми, уж там полёт фан­та­зии может быть чудо­вищ­ный. Я, впро­чем, не без «гре­ха», у меня на Лес­ни­ке вини­ло­вая наклей­ка с Тото­ро, а на пол­но­при­вод­ном гру­зо­ви­ке — кото­бус.

Жаль, не успел снять пре­крас­ный мини­вен, весь обкле­е­ный сата­нист­ски­ми наклей­ка­ми, типа:

Меня уди­ви­ли не сколь­ко наклей­ки, сколь­ко то, что они были на мини­вене — стан­дарт­ном семей­ном транс­порт­ном сред­стве для людей с несколь­ки­ми детьми.