Category: Юг США

Опя­та в англий­ском язы­ке назы­ва­ют­ся «медо­вый гриб» (honey fungus). Выгля­дят кра­си­во, вкус­но пах­нут… но мне бзд­ли­во. У нас они счи­та­ют­ся услов­но-съе­доб­ны­ми, пишут, что если их недо­го­то­вить, то мож­но схло­по­тать мас­со­вых непри­ят­но­стей.

Немно­го кар­ти­нок от рабо­чей поезд­ки в южную Ала­ба­му.

Зачем я вооб­ще тут мудо­хал­ся с трей­ле­ром, дол­го при­ва­ри­вал вся­кое, пере­де­лы­вал про­вод­ку. Вот за этим самым; теперь я, мож­но ска­зать, почти что даль­но­бой­щик, ггг. Оран­же­вый трей­лер везёт оран­же­вый трак­тор, при­най­то­ван­ный оран­же­вы­ми стяж­ны­ми рем­ня­ми (ratcheting tie-down strap).

В южной Ала­ба­ме рас­по­ла­га­ет­ся т.н. «чёр­ный пояс». Он не пото­му чёр­ный, что 70% людей, там про­жи­ва­ю­щих, явля­ют­ся чер­но­ко­жи­ми. Он изна­чаль­но чёр­ный, пото­му что там про­ле­га­ет поло­са очень пло­до­род­ной поч­вы, име­ю­щей тём­ный цвет, ну, как чер­но­зём.

Из это­го сле­ду­ет, что в этой обла­сти было очень мно­го хлоп­ко­вых план­та­ций; они, соб­ствен­но, до сих пор там есть. Отсю­да и такое коли­че­ство чер­но­ко­жих — кто же там ещё рабо­тал? Рабы, конеч­но.

Так что там частень­ко попа­да­ют­ся кра­си­вые дома, постро­ен­ные в сти­ле дово­ен­ной план­та­тор­ской архи­тек­ту­ры. Очень люб­лю этот стиль! Тут мно­го геор­ги­ан­ско­го, нео­клас­си­че­ско­го и неогре­че­ско­го.

Ещё бы доба­вить сюда опо­я­сы­ва­ю­щий бал­кон с кры­шей (оно, кста­ти, не толь­ко для кра­со­ты, а что­бы окна от южно­го сол­ныш­ка закры­вать) — полу­чи­лось бы совсем заме­ча­тель­но. Ну и колон­ны надо помас­сив­нее, а то эти как спич­ки.

Срав­ни­те с домом вздор­ной бабен­ции Скар­летт О’Ха­ра. Он, конеч­но, покру­че будет, но стиль тот же самый.

Решил я оза­бо­тить­ся сво­бод­ным досту­пом к част­ным охот­ни­чьим уго­дьям. А то на зем­ле шури­на охо­тить­ся как-то неудоб­но, надо с ним коор­ди­ни­ро­вать­ся, то-сё. А хоте­лось бы чтоб так — сел, поехал, и охоть­ся себе на здо­ро­вье. На моё сча­стье, у зна­ко­мо­го хирур­га (я про него уже рас­ска­зы­вал, он ещё бай­ки тра­вил про мужи­ка с ван­ту­зом в зад­ни­це) есть 3,200 соток зем­ли (трид­цать два гек­та­ра с хво­сти­ком) на юге Ала­ба­мы. Ему нужен был чело­век, кото­рый бы за зем­лёй при­гля­ды­вал ино­гда, а мне — где охо­тить­ся, так что слу­чил­ся сим­би­оз.

За про­шед­шее с нашей преды­ду­щей встре­чи вре­мя хирург вырос аж до глав­вра­ча круп­но­го гос­пи­та­ля, а его зем­ля осно­ва­тель­но зарос­ла сор­ня­ка­ми. Глав­ная кор­мо­вая пло­щад­ка выгля­де­ла вот так:

Это мно­го­лет­ний сор­няк, назы­ва­е­мый в США «соба­чьим фен­хе­лем» (dog fennel). На фен­хель он дей­стви­тель­но похож, и даже пах­нет слег­ка укро­пом, толь­ко он ни на что не годит­ся, ибо ядо­вит (гепа­то­ток­си­чен). По-рус­ски это назы­ва­ет­ся поскон­ник воло­со­лист­ный (мне при­шлось пере­во­дить Eupatorium capillifolium аж с латы­ни, о как). Вырас­та­ет в высо­ту до двух с гаком мет­ров, и косить такую ересь даже ротор­ным кусто­ре­зом реко­мен­ду­ет­ся задом напе­рёд — что­бы преж­де чем по тако­му кусту про­едет трак­тор со все­ми его колё­са­ми и сочле­не­ни­я­ми, его сна­ча­ла сре­зать.

Во какой тун­нель про­ру­ба­ет­ся:

После два­дца­ти минут такой езды мне силь­но захо­те­лось трак­тор лоша­док мини­мум эдак на шесть­де­сят, и ротор­ный кусто­рез в три раза шире (3.5m). Но ниче­го, спра­вил­ся. По теням от солн­ца мож­но при­ки­нуть, сколь­ко часов я на этом поле пому­до­хал­ся со сво­и­ми 24 коня­ми:

В‑общем, отдох­нул я хоро­шо. Толь­ко устал очень.

А не стар­бак­су — гёрл!!!

Наклей­ка на вход­ной две­ри мест­ной кофей­ни. Кофе, кста­ти, пре­крас­ный, в отли­чие от.

Когда я был в Рос­сии в 2017 году, я зашёл в тамош­ний Стар­бакс. Их кофе и в Рос­сии был гов­но. Рус­ская фран­ши­за «Кофе­ма­ния» была в сто раз кру­че. Ну, а теперь Стар­бак­са в Рос­сии вооб­ще нет, так что и про­бле­ма не сто­ит. Инте­рес­но, кто открыл­ся на месте этих кофе­ен, и стал ли там кофе луч­ше.

Я живу в горо­де, где нет чер­но­ко­жих. Есть замет­ное при­сут­ствие хиспа­ни­ков, есть чут­ка ази­а­тов. Но чер­но­ко­жих нет.

Это, разу­ме­ет­ся, с точ­ки зре­ния без­опас­но­сти не зна­чит ров­ным счё­том ниче­го. В горо­де есть пре­ступ­ность, слу­ча­ют­ся мел­кие кра­жи. Толь­ко в роли пре­ступ­ни­ков и убо­гих, живу­щих в говне, граж­дан — рожи с пони­жен­ным мела­ни­ном.

Вот так живут эти белые:

Ну и что, силь­но лег­че от того, что эти рожи белые, а не шоко­лад­ные?

Заме­чу так же, что нико­гда я не видел хиспа­ни­ков, живу­щих в таком сра­че (это, кста­ти, ещё вари­ант-лайт, быва­ет намно­го хуже). Быва­ет, что они живут бед­но, это вер­но. Но нико­гда они не отно­сят­ся к сво­е­му дому с таким напле­ва­тель­ством. Тра­ва будет постри­же­на, на зем­ле не будет валять­ся вся­кий гов­но­му­сор. Дом будет покра­шен или обшит сай­дин­гом. Пусть недо­ро­гим, типа вини­ла, но обшит будет — бла­го руки-то у них обыч­но из пра­виль­ных мест рас­тут.

Август есть август. Днём, конеч­но, ещё жара, но при нашей влаж­но­сти и уже про­хлад­ных ночах у нас регу­ляр­но слу­ча­ют­ся тума­ны.

Ехал на рабо­ту сего­дня вот так, види­мость мет­ров 50, не далее.

Кра­си­во… но опас­но. Осо­бен­но если учесть, что неко­то­рые наши деби­лы фары в таком не вклю­ча­ют. Да что фары, они даже габа­ри­ты не вклю­ча­ют. А чо, день же, ага. При­дур­ки.

Вче­ра была не пого­да, а изде­ва­тель­ство какое-то. Гра­ду­сы в Цель­си­ях.

Жду не дождусь осе­ни и зимы — моих люби­мых вре­мён года. Вес­на ещё ничо, но впе­чат­ле­ние от неё силь­но сма­зы­ва­ет огром­ное коли­че­ство лета­ю­щих спер­ма­то­зо­и­дов, сыпя­щих­ся из поло­вых орга­нов рас­те­ний (пыль­ца), на кото­рые у меня аллер­гия. Дуб, гико­ри, и орех — мои «дру­зья».

А вот кому страш­ных исто­рий со вся­кой чер­тов­щин­кой? Инте­рес­ный был в нашей деревне слу­чай:

Два­дца­ти­пя­ти­лет­няя девуш­ка по име­ни Кар­ли Рас­сел (Carlee Russell) еха­ла по феде­раль­но­му шос­се 459 и уви­де­ла трёх-четы­рёх­лет­не­го ребён­ка в одних тру­се­лях, шага­ю­ще­го по обо­чине шос­се. Вклю­чи­ла ава­рий­ку, позво­ни­ла род­ствен­ни­кам. По теле­фо­ну род­ствен­ни­ки слы­ша­ли, как Кар­ли спра­ши­ва­ет у ребён­ка, что про­изо­шло, а потом как она вдруг вскрик­ну­ла и выро­ни­ла теле­фон.

Вызван­ный оша­лев­ши­ми род­ствен­ни­ка­ми наряд поли­ции при­е­хал на это место бук­валь­но через несколь­ко минут. Там нашли маши­ну с ещё рабо­та­ю­шим дви­га­те­лем, уро­нен­ный теле­фон, дру­гие цен­ные вещи. А вот ни Кар­ли, ни ребён­ка на месте уже не было. На мок­рой тра­ве обо­чи­ны были обна­ру­же­ны сле­ды шин дру­го­го авто­мо­би­ля, но отпе­ча­ток про­тек­то­ра най­ти не уда­лось.

А потом, через двя дня, вече­ром, Кар­ли Рас­сел при­шла в дом сво­ей мате­ри и посту­ча­ла в дверь. Она еле дыша­ла, и на вся­кий слу­чай её отвез­ли в боль­ни­цу, выпи­сав, впро­чем, уже на сле­ду­ю­щий день.

Что там на самом деле про­изо­шло — пока дело тём­ное. Вполне воз­мож­но, что её похи­ти­ли, и ребён­ка исполь­зо­ва­ли в каче­стве нажив­ки. Дама-то вооб­ще непло­ха собой:

А может быть, дама пси­ха­ну­ла или упо­тре­би­ла чего не того. Есть запись видео, где она оста­нав­ли­ва­ет­ся на обо­чине шос­се 459. Она там была, мяг­ко гово­ря, не одна — это очень ожив­лён­ное шос­се, оно оги­ба­ет Бир­мин­гем, и машин там предо­ста­точ­но. Она что, един­ствен­ная, что уви­де­ла ребён­ка?

Стран­ное дело, очень стран­ное, буду ждать, когда всё разъ­яс­нит­ся.

Вот мно­гие дума­ют, что в раб­стве пло­хо то, что хозя­ин с рабом пло­хо обра­щал­ся, лупил роз­га­ми и т.д. Но они непра­вы. Пло­хое в раб­стве было отнюдь не это. Более того, исклю­че­ния с суро­вы­ми телес­ны­ми нака­за­ни­я­ми, убий­ством рабов были имен­но что исклю­че­ни­я­ми. Такое слу­ча­лось крайне ред­ко.

Не надо мне верить на сло­во. Есть запи­си со слов быв­ших рабов, где они сами рас­ска­зы­ва­ют о том, как всё было на быто­вом уровне.

«–Нет, мэм, было не так пло­хо. Белые с нами ниг­ге­ра­ми обра­ща­лись хоро­шо. У нас было вдо­воль еды, хозя­ин давал нам мно­го зеле­ни и ово­щей. Нам так­же еже­не­дель­но выда­ва­ли раци­он куку­руз­ной муки, три фун­та (пол­то­ра кило) мяса, пол-гал­ло­на (око­ло двух лит­ров) пато­ки. А по вос­кре­се­ньям мы пили кофе с саха­ром.» (Dem Days Was Hell — Recorded Testimonies of Former Slaves from 17 U.S. States: True Life Stories from Hundreds of African Americans in South about Their Life in Slavery and after the Liberation, Work Projects Administration)

С моей точ­ки зре­ния, раб­ство было отвра­ти­тель­но не плетьми да роз­га­ми, а тем, что чело­ве­ка лиша­ли какой-либо сво­бод­ной воли и прав. И мог­ли про­да­вать как скот или там садо­вый инвен­тарь — и вме­сте и порознь. Люди, у кото­рых есть дети — при­кинь­те, что кому-то при­гля­нул­ся ваш ребё­нок — и они его купи­ли у ваше­го хозя­и­на. И вас, конеч­но же, не спро­си­ли вооб­ще.

Кро­ме того, тебя лиша­ли вся­ких прав, даже пра­ва на учё­бу. Не за про­сту­пок даже, а вот так — по фак­ту рож­де­ния.

Вот это — отвра­ти­тель­но. А в осталь­ном-то жизнь раба на план­та­ции аме­ри­кан­ско­го юга с неко­то­рых точек зре­ния во мно­гом была чуть ли не идил­ли­че­ской. В пере­счё­те на сего­дняш­ние день­ги раб в пол­ном рас­цве­те сил сто­ил как неболь­шой трак­тор. Вот и погля­ди­те, сколь­ко сто­ит про­стень­кая «Кубо­та» лоша­док на трид­цать-сорок, даже б/у (при­мер­но тысяч 30). Какой дебил будет бить тако­го доро­го­сто­я­ще­го чело­ве­ка про­сто так? Он дол­жен рабо­тать и при­но­сить день­ги, ина­че его покуп­ка никак не оправ­ды­ва­лась.

Ниже будут цита­ты из кни­ги, явля­ю­щей­ся про­сто эта­лон­ным образ­цом апо­ло­ге­ти­ки рабо­вла­дель­че­ско­го строя. Это кни­га Джейм­са Ави­рет­та, кото­рый вырос на план­та­ции в Север­ной Каро­лине. Про­из­ве­де­ние назы­ва­ет­ся «Ста­рая план­та­ция: как мы жили в боль­шом доме и малень­ком доми­ке до вой­ны» (The Old Plantation: How We Lived in the Great House and Cabin Before the War by James Avirett). Он, конеч­но, белый, и чисто с быто­вой точ­ки зре­ния опи­сы­ва­ет кар­ти­ну настоль­ко идил­ли­че­скую и буко­ли­че­скую, что про­бы ста­вить негде.

«Вла­де­лец это­го поме­стья успеш­но стре­мил­ся обес­пе­чить ско­рее доб­ро­воль­ное, чем при­ну­ди­тель­ное под­чи­не­ние пра­ви­лам и пред­пи­са­ни­ям план­та­ции. Это­го он доби­вал­ся с помо­щью муд­рой систе­мы воз­на­граж­де­ний за доб­ро­со­вест­ную рабо­ту, а так­же бла­го­да­ря доб­ро­му и почти оте­че­ско­му над­зо­ру за все­ми сво­и­ми слу­га­ми. При­зна­вая тот факт, что эти люди были его соб­ствен­но­стью, режим отли­чал­ся без­гра­нич­ной доб­ро­той, при этом был чет­ко уста­нов­лен тот факт, что непо­ви­но­ве­ние неиз­мен­но влек­ло за собой нака­за­ние. Его слу­ги пол­но­стью осо­зна­ва­ли, что актив­ным сдер­жи­ва­ю­щим фак­то­ром непо­ви­но­ве­ния была неот­вра­ти­мость, а не суро­вость нака­за­ния: доб­ро­го, но в то же вре­мя твер­до­го.»

«Воз­мож­но, в этой свя­зи умест­но ска­зать, что, хотя к телес­ным нака­за­ни­ям и при­бе­га­ли для под­дер­жа­ния дис­ци­пли­ны, они были ред­ки­ми и нико­гда не были столь суро­вы­ми, как ана­ло­гич­ный вид нака­за­ния в Воен­но-Мор­ском Фло­те Соеди­нен­ных Шта­тов или в любой дру­гой воен­ной орга­ни­за­ции того вре­ме­ни. Более частым спо­со­бом нака­за­ния было огра­ни­че­ние осо­бых при­ви­ле­гий в суб­бо­ту днем (прим. напри­мер, запрет рабу пой­ти в гости к зна­ко­мым на сосед­нюю план­та­цию) и тес­ное оди­ноч­ное заклю­че­ние в «кар­це­ре», как слу­ги назы­ва­ли малень­кую тюрь­му на тре­тьем эта­же скла­да хлоп­ка. Когда кто-нибудь из слуг наста­и­вал на неис­пра­ви­мом непо­слу­ша­нии и ни один из обыч­ных спо­со­бов нака­за­ния, каза­лось, не при­но­сил ника­кой поль­зы, после того, как все дру­гие сред­ства были исчер­па­ны, его отправ­ля­ли в Бота­ни-Бей в ниж­ней части доли­ны Мис­си­си­пи, рабо­тать на хлоп­ко­вых план­та­ци­ях в той части Юга, где ком­мер­че­ские чер­ты пер­вых дней суще­ство­ва­ния это­го учре­жде­ния были в неко­то­ром смыс­ле воз­рож­де­ны, и, как след­ствие, пат­ри­ар­халь­ные чер­ты, наблю­да­е­мые в Вир­джи­нии, Мэри­лен­де и Каро­лин­ских ост­ро­вах, несколь­ко ото­шли на вто­рой план.»

«Если бы вы сами виде­ли боль­шое коли­че­ство детей в воз­расте до деся­ти лет в этом поме­стье, вам был бы дан удо­вле­тво­ри­тель­ный ответ на мно­гие вопро­сы, кото­рые вполне есте­ствен­но воз­ни­ка­ют в этой свя­зи. Почти еже­днев­ные визи­ты моей мате­ри к посте­ли мате­рей этих детей в тече­ние меся­ца (не мень­ше) после их рож­де­ния; фак­ты того, что Эли­за, спе­ци­аль­ная гор­нич­ная Мистисс (прим. жена вла­дель­ца, вари­ант «мас­са», толь­ко жен­ско­го рода, в ори­ги­на­ле «мис­тресс» (mistress)) три­жды в день при­но­си­ла им еду со сто­ла план­та­то­ра; регу­ляр­ные визи­ты вра­ча план­та­ции … могут объ­яс­нить … быст­рый при­рост рабо­чей силы … кото­ро­го вы, несо­мнен­но, не най­де­те ни у одно­го кре­стья­ни­на в мире. Эти фак­ты, кото­рые тща­тель­но изло­же­ны, объ­яс­нят быст­рый рост чис­лен­но­сти афри­кан­ской расы на Юге до 1865 года; в то вре­мя как отсут­ствие этих усло­вий с тех пор, наря­ду с пагуб­ны­ми послед­стви­я­ми для негров Юга, вызван­ны­ми их тес­ным сосед­ством в горо­дах и дерев­нях, ска­за­лось на срав­ни­тель­ном соот­но­ше­нии роста и здо­ро­вья… Остав­ляя в сто­роне все вопро­сы гуман­но­сти и филан­тро­пии, подав­ля­ю­щее боль­шин­ство южных план­та­то­ров хоро­шо забо­ти­лись о сво­их слу­гах, боль­ных или здо­ро­вых, имен­но по той же при­чине, по кото­рой фер­ме­ры в долине Джин­си в Нью-Йор­ке при­ла­га­ли осо­бые уси­лия и шли на соот­вет­ству­ю­щие рас­хо­ды при под­го­тов­ке сво­их пре­крас­ных пше­нич­ных уго­дий — пото­му что это было выгод­но.»

«Оце­ни­вая скром­ный доход этих про­сто­душ­ных, нетра­ди­ци­он­ных слуг ста­рой план­та­ции, не сле­ду­ет забы­вать, что они не пла­тят аренд­ную пла­ту, не опла­чи­ва­ют сче­та вра­чей, не долж­ны ниче­го ни бака­лей­щи­ку, ни мяс­ни­ку и сво­бод­ны от жад­но­сти совре­мен­но­го вла­дель­ца похо­рон­но­го бюро. Во мно­гих отно­ше­ни­ях пре­иму­ще­ства при­слу­ги на этой план­та­ции перед белы­ми «раба­ми», заня­ты­ми на фаб­ри­ках как Ста­рой, так и Новой Англии, были очень замет­ны, и ни в чем так ярко не про­яв­ля­лись, как в совер­шен­ном осво­бож­де­нии ста­ро­го план­та­ци­он­но­го слу­ги от забот и ответ­ствен­но­сти белых рабо­чих, кото­рая про­яв­ля­ет­ся в их высо­ком уровне смерт­но­сти и очень мед­лен­ном коэф­фи­ци­ен­те при­ро­ста. Так гла­сит ста­ти­сти­ка.»

Мно­гие бы, я пола­гаю, доб­ро­воль­но бы запи­са­лись в такое раб­ство. А чо? Тебе всё для жиз­ни нуж­ное дают, сиди себе, рабо­тай. В жиз­ни всё понят­но — есть Мас­са (Хозя­ин), он тебе гово­рит, что делать. Мож­но даже биз­не­сом неболь­шим зани­мать­ся (и мно­гие из рабов им и зани­ма­лись, были даже настоль­ко бога­тые рабы, что име­ли сред­ства купить свою сво­бо­ду у хозя­и­на).

Мне вот толь­ко не пред­ла­гай­те такой «рай».

Но надо ска­зать, что в одном Джеймс Ави­ретт был прав. Раб­ство в США про­дли­лось до 1865 года; одна­ко, запрет на покуп­ку неволь­ни­ков в Афри­ке (феде­раль­ный) вошёл в силу ещё в 1808 году. А боль­шин­ство шта­тов запре­ти­ли при­во­зить афри­кан­ских неволь­ни­ков ещё рань­ше — к 1786 году. Так кто же тогда, полу­ча­ет­ся, рабо­тал на план­та­ци­ях с пери­о­да 1786 года до 1865? А дело в том, что коли­че­ство рабов в США дей­стви­тель­но очень вырос­ло без вся­ких неволь­ни­ков, пото­му что рабы дава­ли обиль­ное потом­ство, и бла­го­да­ря, кхм, бес­плат­ной меди­цин­ской помо­щи для всех, гаран­ти­ро­ван­но­го пище­во­го и веще­во­го доволь­ствия на день­ги план­та­то­ра, дет­ская смерт­ность была дей­стви­тель­но неве­ли­ка. В один толь­ко про­ме­жу­ток с 1790 года до 1865 года коли­че­ство чер­но­ко­жих рабов в США уве­ли­чи­лось на 580%! Ника­кая евро­пей­ская стра­на не мог­ла похва­стать таким при­ро­стом насе­ле­ния в то вре­мя. Разу­ме­ет­ся, это было бы невоз­мож­но, если бы с раба­ми дей­стви­тель­но обра­ща­лись пло­хо, посто­ян­но били, не лечи­ли. Нет, план­та­ция на Юге США и нацист­ский конц­ла­герь не име­ли меж­ду собой ниче­го обще­го.

Отвра­ти­тель­ность раб­ства, повто­рюсь — была совсем не в быто­вых усло­ви­ях.