Поздравляю тебя, Шарик, ты — балбес

Прошло моё официальное тестирование на аутизм — с заверенным письмом от самой Джессики Пено, со всеми делами. Итог, если честно, не удивил ни разу: аутизм у меня таки есть, Level 1 — то, что раньше ласково называли “Аспергером”.

Что мы имеем с гуся?

С гуся мы имеем две вещи.

Во-первых, раз у меня теперь есть “офисияльный” диагноз, с этим письмом можно идти в отдел кадров. Потому что — па-пам — аутизм, ВНЕЗАПНО, тоже подпадает под определение “инвалидность”. А значит, появляются вещи, которые я могу требовать по закону. Пусть даже закону, написанному в расплывчатом стиле “reasonable accommodations”.

Потому что есть вещи, которые я тупо не могу делать так, как это могут делать другие люди — не потому что “не хочу”, а потому что со мной потом просто будет плохо.

Например, длительные очные встречи выматывают меня до такой степени, что после них мне требуется минимум полчаса–час на восстановление. В идеале — в отдельной комнате, закрыв дверь, надев наушники, и уйдя ото всех нахрен.

Это момент номер раз.

Момент номер два — зная свой точный диагноз, я теперь могу заранее предсказать, что именно будет для меня сложным, и подготовить “аварийные аэродромы”:

— А чего ты тут сидишь в одиночестве? Все после встречи тусуются!
— Мне нужно собрать воедино свои записи по итогам встречи.
— А, ну хорошо, не буду мешать.

В общем, с одной стороны, никакого принципиально нового знания мной обретено не было. Но хорошо, когда инструмент наконец рассован по своим коробочкам с правильными подписями.

Есть в этом ощущение некоторой… завершённости, облегчения. И, пожалуй, поменялось не столько моё мироощущение, сколько стекло, сквозь которое я на этот мир смотрю.

Толкования снов

Мне, похоже, удалось нащупать ещё одну неожиданную нишу применения искусственного интеллекта — толкование снов. Нет, не в духе “провидения будущего” или прочей мистической ерунды — во все эти предсказания я не верю.
У меня своя ванговалка есть, и она работает со 100% надёжностью: как я предсказываю — не получится ТОЧНО, поэтому можно смело пользоваться.

Нет, интерес тут совсем другой:
а про что вообще мой мозг мог думать и размышлять, когда передо мной вдруг вставали такие образы?

Вот, давеча приснился мне полузаброшенный дом, в котором уже никто не живёт. Стою я на кухне, и туда заходит голодный котёнок — явно хочет есть. А что я, спрашивается, могу ему дать? В холодильнике почему-то обнаруживается майонез. Ну, беру какую-то угвазданную вусмерть тарелочку, мою её, кладу туда майо.
Чисто теоретически, в принципе, майонез — это яйца и растительный жир в эмульсии; ну, не кошачья еда, конечно, но…

Открываю рiдний ЧатЖПТ, спрашиваю:
“що це все було?”

И вылезает, ну, вполне, по-моему, вменяемый ответ:
твой сон был о том, что ты импровизируешь на ходу в неидеальной ситуации.

Прикольно.
Жаль только, что сны мне нынче запоминаются плохо — а то был бы нескончаемый поток лулзов.

Интим под капотом с голубым азиатом

Радиатор на Лесбару всё же пришлось поменять — в патрубке верхнего шланга таки обнаружилась трещина. Новый шланг и новый хомут поначалу её прикрыли, создав иллюзию решённой проблемы, но пластик продолжал расползаться всё дальше и дальше. В финале этого процесса у Лесника под капотом случился такой сквирт с камшотом, что порнофильмы могли бы нервно курить в сторонке.

Можно, конечно, долго вздыхать на тему “какой раньше кипяток был”, потому что радиаторы раньше делали цельнометаллическими, а не полупластиковыми. Но бабло, как известно, решает всё — пластмасса банально дешевле.

Менять радиатор, в общем-то, несложно. Самое муторное — аккуратно собрать использованный антифриз (“голубой азиат” — нет-нет, я ни капельки не придумываю: в Лесбару действительно заливается голубой антифриз, так и называется — Asian Blue) в контейнеры, потом промыть систему дистиллятом, снова слить и лишь затем залить свежий антифриз. Всё остальное — чай, не ракетная хирургия: болтики, винтики, электрические контакты вентиляторов.

И вот тут начинается странное.

Аккуратно смазывая лубрикантом отверстия и патрубки, чтобы они друг в друга легче вошли, я вдруг поймала себя на мысли, что занимаюсь чем-то неожиданно эротическим. Прямо вот без иронии 😆

А если читать сервисную документацию на английском, двусмысленностей становится ещё больше. Например:
“lubricate the nipples for easier penetration”.

А nipple — это, на минуточку, ещё и “сосок”. Да. Тот самый.

И тут ты либо краснеешь, либо принимаешь происходящее как должное, потому что назад дороги уже нет: радиатор наполовину вставлен, а голубой азиат уже под рукой.

И на злобу дня

Ах, огурчики мои, помидорчики!
Трамп Мадуру заловил,
в коридорчике!

Если всё это реально было надо, чтобы “взять нефть Венесуэлы под контроль”, мне, честно говоря, непонятно — нахрена. Мне вообще непонятно, почему у такого количества комментаторов любые разговоры про международные интервенции всегда схлопываются в одну-единственную сингулярность под названием “ради захвата ресурсов”.

США напали на Ирак — “ради нефти”.
А Крым от Украины отпилили зачем? Тоже ради нефти? Шельфовой, что ли? Вы не поверите, но есть и такие упоротые объяснения!
А СССР оккупировал Афганистан, видимо, тоже ради нефти. Она там, кстати, есть — на севере страны. Немного, но есть.

Все эти “объяснения” упираются в одну и ту же фундаментальную проблему. Война — это вещь чудовищно дорогая. Тех абсолютно невообразимых денег, которые Соединённые Штаты потратили на войну с Ираком, с лихвой хватило бы, чтобы просто купить иракскую нефть на рынке — и не один раз. И ведь, что характерно, иракцы были вполне себе рады её продавать. С радостью ставили нефтяные вышки, добывали всё больше и больше.

Если есть возможность что-то купить — это всегда будет дешевле, чем это что-то завоёвывать. Такие вот скучные, но упрямые реалии современного мира.

Мне поэтому всегда в упор были непонятны сентенции в духе “США хотят захватить Россию”. Зачем? На кой? Чтобы что? Иметь доступ к российской нефти? А что, Путин её не продаёт? Да с радостью продаёт — с песнями и плясками. Даже в обход санкций, теневым флотом танкеров, из-под полы — а продаёт!
“Купите, пожалуйста, мою нефть. Ниже рынка дам цену!”

И на кой тут воевать-то, при таких вводных?

Территория России США тоже не особо зачем нужна. Основная экономическая проблема этой страны — гигантское транспортное плечо от ресурсов на востоке до основной массы населения на западе — никуда не денется при любом флаге над Кремлём. Это просто невыгодное вложение денег. Гораздо выгоднее дружить да торговать. Или, на худой конец, не мешать торговать.

Теперь по самой нефти. Нефть, как ни странно, бывает разная. И цены за баррель у неё тоже разные. То, что мы обычно обсуждаем как “цену в долларах за бочку нефти”, — это цена на американскую нефть из Техаса, West Texas Intermediate (WTI). И это одна из лучших нефтей в мире: лёгкая (много жидких фракций) и сладкая (мало серы).

Российская нефть марки Urals уже заметно хуже — она тяжелее и “кислая”, с высоким содержанием серы. Она требует более сложной переработки: гидроочистки, крекинга, водорода — всего вот этого радостного химического счастья.
Нефть Ближнего Востока в среднем примерно такая же — средне-тяжёлая, с высоким содержанием серы.

Это, впрочем, не означает автоматически, что такая нефть дешевле. Американцы сегодня добывают нефти больше всех в мире, рынок завален WTI, Louisiana Light, Arkansas Sweet и прочими американскими радостями. А вот Iran Heavy на рынке немного, доставить её можно далеко не везде, и НПЗ под неё подходят не любые. Поэтому если твой завод заточен под Iran Heavy, тебе дешевле продолжать покупать именно её, чем полностью перестраивать производство под американскую лёгкую нефть.

Именно с этим столкнулись европейские НПЗ, когда попытались отвязаться от российской Urals: понадобились и перенастройки, и смешивание нефтей из разных стран, чтобы на входе получить хоть что-то, что они вообще способны перерабатывать без фейерверков и прочих нежелательных эффектов.

А нефть Венесуэлы — это, дарагие друзиа, практически битум. Как и вообще весь нефтяной бассейн пояса Ориноко. Чтобы эту радость вообще достать из-под земли, её нужно греть, разбавлять растворителями, и долго уговаривать течь по трубам. Потом — долго и вдумчиво перерабатывать, и всё равно значительная часть сырья уходит в асфальт и кокс. Сделать из неё что-то иное… ну, можно… но дорого, сложно, и без особого энтузиазма.

И вот скажите мне, пожалуйста: на какого лешего Америке, которая добывает больше всех нефти в мире, и у которой подавляющее большинство НПЗ заточены именно под лёгкую сладкую местную нефть, брать под контроль БИТУМ?

В какой вселенной это вообще имеет смысл?

Или, может быть, у нас асфальт закончился?

Может, когда политики говорят про “перестройку американской инфраструктуры”, они именно это имеют в виду?

Сидят такие, чешут репы:

— Да, что-то у нас с асфальтом стало плохо.
— Надо срочно захватить Венесуэлу!
— Да! Однозначно!!

Два паспорта? На выход!

Ну что, товарищи иммигранты с двумя (и более) гражданствами — готовьтесь пройти с вещами на выход.

Есть у нас такой сенатский билль — S.3283 — в котором английским по белому предлагается в течение года либо предоставить документальные доказательства отказа от второго (третьего, четвёртого — нужное подчеркнуть) гражданства, либо пройти на три буквы (TFO).

Текст, если кому интересно, вот тут:
https://www.congress.gov/bill/119th-congress/senate-bill/3283/text

Можете, впрочем, выдыхать: шансов пройти у этого билля — примерно ноль, поделенный на бесконечность. Поэтому, как это обычно бывает, интересен не сколько сам билль, а персонаж, которому вообще пришло в голову такое предложить.

Итак. Кто же у нас тут оказался альтернативно одарённым?

Сенатор Берни Морено.
барабанная дробь
Республиканец. Штат Огайо.

Если пройтись по ссылке, можно ознакомиться с остальными инициативами этого деятельного гражданина.

Вот, например:

Деанонимизация пользователей интернета “ради защиты детей”
Деанонимизация пользователей ИИ — опять же, “ради защиты детей”
Запрет на найм нелегальных иммигрантов — ВНЕЗАПНО, это УЖЕ запрещено действующим законом. Но, очевидно, очень хотелось выйти к микрофону и сообщить:
“Да я тут грудью на баррикады, с х.ем наперевес, в одиночку сражаюсь с нелегальной иммиграцией!”
Ровно один в один как у товарищей, которые по десять раз запрещают оружие, потому что предыдущие запреты “недостаточно запретили”.
Переименовать часть улицы в Вашингтоне в честь Чарли Кёрка.
Да. Вот именно этого сейчас больше всего не хватает нашей бедной стране. Без этого просто никто кюшать не может.

И вот это всё — люди, которые называют себя “консерваторами”?
То есть сторонниками маленького государства, которое не лезет в жизнь граждан?

Правда, что ли?

Клянусь, чем дольше живу, тем больше убеждаюсь в правоте “теории подковы”: в своих крайностях что ультралевые, что ультраправые с одинаковой пунктуальностью, как по часам, приходят к одному и тому же — к авторитаризму и фашизму.

Ну, молодцы.

Про Винсента и Бутча

В кинофильме “Криминальное чтиво” гражданин Бутч убивает гражданина Винсента — в тот самый момент, когда последний выходит из сортира, куда он отправился по-большому. Это, безусловно, факт.

Но это ещё и очень интересный факт.

То, что Винсент не взял с собой в сортир пистолет-пулемёт “Ингрем”, можно списать на забывчивость. Однако остаётся более интригующий вопрос: а что он там вообще так долго делал?
Он читал книжечку (кстати, ту самую, которую он брал с собой в уборную в дайнере — в сцене, с которой фильм и начинается), и, судя по всему, заседал там основательно и долго. Настолько долго, что Бутч успел не только осмотреться и взять часы отца, но и спокойно приготовить себе тост, пока Винсент был занят своим грязным делом.

А дело вот в чём.

Винсент — героиновый наркоман.
А героин — это опиоид.
А у всех опиоидов есть одна общая и крайне неприятная побочка — сильнейшее замедление работы кишечника.

Именно поэтому Винсент так часто в течение фильма ходит в сортир (у меня получилось насчитать аж три раза) — и проводит там подозрительно много времени. Он не философствует и не медитирует. Он просто отчаянно пытается сделать то, что его организм делать отказывается.

Собственно, король поп-музыки — Элвис Пресли — закончил примерно так же: умер на унитазе, безуспешно пытаясь, пардон, просраться. 😌

Не стесняются

Какие, всё же, у нас долболомские законы в плане наркотиков. Кустами марихуаны владеть нельзя, это Schedule I, турма сидеть. А вот кустами мака владеть можно! И продавать маковую соломку в интернетах тоже можно. Art grade, ага-ага. Если арт-проект — это изготовление черняжки, то да, конечно.

И про ЖЖ

Ну… что тут можно сказать? Куда дует ветер, в целом было понятно ещё в 2006 году — с момента покупки ЖЖ СУПом. А куда именно его принесёт, стало окончательно ясно ровно девять лет назад, в декабре 2016-го, когда сервера переехали в Россию. Ну, а мне, для пущей наглядности, ещё и РКН по голове постучал.
Всех остальных, кого не выперли тогда или кто не ушёл сам, сейчас аккуратно, но настойчиво выдавят «нововведения» администрации.

В общем, умер Максим — да и хрен с ним. Грубо, но честно.

Остаётся надежда, что на мой огонёк со временем снова слетятся старые мотыльки. Я поэтому всегда и советую пользоваться RSS-читалками: с RSS ты полностью отвязан от платформы, на которой пишешь и читаешь. Зачем вообще выходить замуж за конкретную френдленту? Ради чего? Единственное, что она делает лучше — это показывает подзамочные посты. Во всём остальном RSS агрегирует блоги гораздо удобнее и функциональнее.

Чтобы пить молоко, совершенно необязательно покупать корову.

Именно поэтому переезды LJ-друзей на Dreamwidth, их эмиграция в Сабстакистан или на любые другие платформы у меня ещё задолго до нынешних событий не вызывали никакого дискомфорта — кроме необходимости отписаться от старого фида и подписаться на новый. Вот, например, один из авторов просто сообщает о переезде — и всё:

Удаление старого RSS и добавление нового занимает ровно 30 секунд. После этого можно спокойно продолжать читать интересных людей, как ни в чём не бывало. Так что все эти переживания лично мне до лампочки — просто скажите, куда теперь на вас подписываться.

Сложнее, конечно, когда люди уходят не на веб-платформы, а в Telegram. В VK, к слову, RSS хоть и кривой, но существует. А вот Facebook огорожен так, что лучше туда вообще не соваться — убьёт.

Жаль, пожалуй, только одного: в случае с ЖЖ больше не получится комментировать посты тех, кто решил остаться на этом тонущем пароходе. Но, как говорится, «неприятность эту мы переживём». В конце концов, анонимные комментарии вроде бы ещё остались, если только хозяин журнала их не отключил, — просто ответы на них в почту не приходят, и проверять приходится вручную. Ногами. Как в старые добрые.

Засим не прощаюсь. С наступающим!

Гады и сволочи

House Advances HR 3492, Felony Penalties for Gender-Affirming Care

Прежде чем в комменты прибегут люди, обвиняющие меня в том, что я хочу лично отрезать члены мальчикам до 18 лет (как водится), хочу внести ясность. Чтобы мы говорили об одном и том же, а не общались на тему придуманных соломенных человечков.

Факты. Не эмоции. Факты.

1. Генитальная хирургия у трансгендерных несовершеннолетних — крайне редка, до исчезающе малых величин.
В крупных страховых и медицинских выборках за последние годы речь идёт о десятках случаев на всю страну за несколько лет, и это в основном старшие подростки. Для детей младшего возраста таких случаев в данных просто нет.
Подавляющее большинство генитальных операций у несовершеннолетних — это хирургия у людей с интерсекс-вариациями (врождённые особенности развития половых органов, раньше таких людей ещё называли гермафродитами), и эта практика существует десятилетиями.

2. Мастектомия у несовершеннолетних — исключение из исключений.
Да, такие случаи бывают, но настолько редко, что они каждый раз проходят через многоступенчатую процедуру: консилиумы врачей, длительное наблюдение, психотерапию, согласие родителей и т.д.
Мне, например, совершенно непонятно, как Клои Коул — ныне икона анти-транс движения — вообще прошла через эту процедуру. Особеннно учитывая её психические отклонения. Но её медицинскую карту нам, разумеется, никто не покажет: это приватные данные. Поэтому разбирать её конкретный случай — бессмысленно. Факт остаётся фактом: это не массовая практика и никогда ею не была.

3. Блокаторы полового созревания используются с 1990-х годов, в том числе для лечения преждевременной пубертатности. Но давайте скажем главное — не про годы, а про суть.
Принуждать человека проходить половое созревание под действием гормонов, которые не соответствуют тому, кем он себя ощущает, — это невероятно жестоко. Это не «нейтральный процесс», не «подождём и посмотрим», а активное причинение страдания.

Любой, кто считает, что «ничего страшного», может провести простой мысленный эксперимент.
Пусть прямо сейчас начнёт жить под именем противоположного пола. Пусть сменит одежду. Пусть начнёт принимать гормоны. Пусть у него начнут расти груди — или, наоборот, грубеть голос, лезть волосы по всему телу, меняться запах, лицо, тело.
И пусть честно подумает, как это будет ощущаться изнутри. День за днём. Год за годом. Без возможности нажать «стоп». Если вы не транс — я гарантирую, вам не понравится.

Если после этого кому-то всё ещё кажется, что «можно просто подождать», — проблема не в медицине. Проблема в полном отсутствии эмпатии.

Так какую же поддерживающую гендерную помощь вообще могут получать подростки — даже в самых либеральных штатах?

1. Психотерапию — очевидно, обратимую.
2. Социальное транзирование (имя, одежда, внешний вид) — тоже полностью обратимо.
3. Блокаторы пубертатности — эффект заключается во временной паузе.
4. Гормональная терапия — в исключительно редких случаях и, как правило, у старших подростков. Речь идёт о долях процента от всех подростков в стране, и всегда — с участием врачей и согласием родителей.

ВСЁ.

Никакого «отрезания членов», «наращивания клиторов» и прочего порнофольклора.

Теперь о законопроекте HR 3492.

Если его примут, федеральным преступлением станут:

  • генитальная хирургия для несовершеннолетних,
  • гормональная терапия,
  • мастектомия,
  • и даже блокаторы пубертатности — если речь идёт о транс-подростках.

Генитальную хирургию можно вынести за скобки — её и так почти не делают трансгендерным несовершеннолетним. Как и мастектомию.
С гормонами — ладно, пусть будет 18 лет вместо обычных 16-17, исчезающие доли процента, как-нибудь переживём.

А вот дальше начинается абсурд.

Закон избирательно разрешает блокаторы пубертатности цисгендерным детям, но запрещает их транс-подросткам.
То есть одним — можно, другим — нельзя. В зависимости от идентичности. При том, что эффекты — обратимы.

Это и есть дискриминация. Именно так она и выглядит.

В общем, козлы, уроды, гады, и сволочи.
Других слов у меня нет.

FAQ для особо одарённых
Continue reading “Гады и сволочи”

Интуиция подводит

Вот если видеоролик длится 30 минут, и скорость воспроизведения увеличить на 20%, каково будет время воспроизведения ролика?

Интуитивно хочется сказать, что 24 минуты, потому что 20% это 1/5, одна пятая от 30 минут это 6 минут, и 30 – 6 = 24? Да? Авотхрен.

Увеличивается скорость воспроизведения, а длина зависит от неё обратно пропорционально. Время = длина ролика / скорость. Скорость у нас на 20% больше, значит вместо 1.0 теперь скорость 1.2. 30/1.2 = 25 минут.

Аккуратнее, блин, надо.