Month: December 2025

Ну… что тут можно сказать? Куда дует ветер, в целом было понятно ещё в 2006 году — с момента покупки ЖЖ СУПом. А куда именно его принесёт, стало окончательно ясно ровно девять лет назад, в декабре 2016-го, когда сервера переехали в Россию. Ну, а мне, для пущей наглядности, ещё и РКН по голове постучал.
Всех остальных, кого не выперли тогда или кто не ушёл сам, сейчас аккуратно, но настойчиво выдавят «нововведения» администрации.

В общем, умер Максим — да и хрен с ним. Грубо, но честно.

Остаётся надежда, что на мой огонёк со временем снова слетятся старые мотыльки. Я поэтому всегда и советую пользоваться RSS-читалками: с RSS ты полностью отвязан от платформы, на которой пишешь и читаешь. Зачем вообще выходить замуж за конкретную френдленту? Ради чего? Единственное, что она делает лучше — это показывает подзамочные посты. Во всём остальном RSS агрегирует блоги гораздо удобнее и функциональнее.

Чтобы пить молоко, совершенно необязательно покупать корову.

Именно поэтому переезды LJ-друзей на Dreamwidth, их эмиграция в Сабстакистан или на любые другие платформы у меня ещё задолго до нынешних событий не вызывали никакого дискомфорта — кроме необходимости отписаться от старого фида и подписаться на новый. Вот, например, один из авторов просто сообщает о переезде — и всё:

Удаление старого RSS и добавление нового занимает ровно 30 секунд. После этого можно спокойно продолжать читать интересных людей, как ни в чём не бывало. Так что все эти переживания лично мне до лампочки — просто скажите, куда теперь на вас подписываться.

Сложнее, конечно, когда люди уходят не на веб-платформы, а в Telegram. В VK, к слову, RSS хоть и кривой, но существует. А вот Facebook огорожен так, что лучше туда вообще не соваться — убьёт.

Жаль, пожалуй, только одного: в случае с ЖЖ больше не получится комментировать посты тех, кто решил остаться на этом тонущем пароходе. Но, как говорится, «неприятность эту мы переживём». В конце концов, анонимные комментарии вроде бы ещё остались, если только хозяин журнала их не отключил, — просто ответы на них в почту не приходят, и проверять приходится вручную. Ногами. Как в старые добрые.

Засим не прощаюсь. С наступающим!

Вот если видеоролик длится 30 минут, и скорость воспроизведения увеличить на 20%, каково будет время воспроизведения ролика?

Интуитивно хочется сказать, что 24 минуты, потому что 20% это 1/5, одна пятая от 30 минут это 6 минут, и 30 – 6 = 24? Да? Авотхрен.

Увеличивается скорость воспроизведения, а длина зависит от неё обратно пропорционально. Время = длина ролика / скорость. Скорость у нас на 20% больше, значит вместо 1.0 теперь скорость 1.2. 30/1.2 = 25 минут.

Аккуратнее, блин, надо.

Жулик-опоссум продолжает воровать еду у моего кота. Отожрался, скотина.

Вот тут мною была подвешена фотка этого воришки таким, каким он был в октябре:

А теперь поглядите, как округлилась нынче эта зараза. Пушистый стал, красивый.
А харя, харя-то? Это уже не харя — это будка. Поперёк себя шире:

Но… «всё равно его не брошу, потому что он хороший».

Пусть живёт. Пусть ворует. Пусть гоняет всякую заразу и жрёт за мой счёт.
Заслужил.

Торгнуло вдруг пересмотреть некоторые классические американские фильмы, которые раньше, увы, были знакомы только в переводе — а в переводе, конечно же, теряется масса деталей. Интересно разглядывать бытовые мелочи, присматриваться к жестам, к интонациям, к тому, как многое с тех пор изменилось.

Так получилось пересмотреть «Квартиру» 1960 года с великолепным Джеком Леммоном в главной роли. Про этот фильм можно говорить долго — и он действительно прекрасен. Его назвали фильмом года, а Леммона номинировали на «Оскар» (абсолютно заслуженно). Но помимо художественных достоинств, фильм для своего времени был ещё и чрезвычайно остро социальным.

Он довольно прямо говорил о положении женщин в тогдашнем корпоративном мире. Низкий социальный статус фактически оставлял им выбор всего из двух вариантов: либо соглашаться на сексуальные отношения с начальником, либо оказываться выкинутой без трусов на мороз. Сегодня на такие сцены смотришь уже с внутренним счётчиком — отмечая, сколько раз в фильме демонстрируется откровенное сексуальное домогательство. Когда мужчины на руководящих постах не видели ровным счётом ничего предосудительного в том, чтобы мимоходом шлёпнуть подчинённую по заднице. «Ачётакова», ага.

Но внимание в этот раз привлекла немного другая деталь.

Все положительные персонажи в фильме — это иммигранты из Центральной и Восточной Европы в первом или втором поколении. Это, например, евреи-ашкеназы: хозяйка квартиры миссис Либерман и доктор Дрейфус с супругой — соседи главного героя. Доктор вообще замечателен: человек дела, а не слов. И супруга у него соответствующая — настоящая еврейская мама в самом лучшем смысле этого выражения. Фамилия, кстати, характерная: Дрейфус — еврейская фамилия немецкого происхождения, Drei Fuß это “треножник”. Вероятно, что-то связанное с германской ономастикой.

Главная героиня носит чешско-словацкую фамилию Кубелик, и её образ без труда считывается как образ дочери иммигранта. Даже несмотря на то, что роль исполняет не славянская по происхождению прекрасная актриса Шёрли МакЛейн, её экранный образ — за счёт интонаций, пластики, и режиссёрских решений — читается вполне как восточно-европейский, но уже как иммигрантов во втором поколении.

Её шурин, капитально начистивший главному герою физиономию (а заодно и мозги), носит фамилию Матушка — характерную для польско-украинских пограничных регионов.

А вот главный антагонист — уже безо всяких оговорок англо-саксонец. Типичная самодовольная корпоративная рожа с говорящей фамилией “Шелдрейк”.

Поскольку действие происходит в Нью-Йорке, где подобное этнокультурное смешение было и остаётся нормой, всё это не выглядит натянутым или искусственным. Тем не менее такую деталь прекрасный режиссёр Билли Уайлдер — он же Самуил Вильдер, еврей, родившийся на территории современной Польши и бежавший от Гитлера, — разумеется, вставил в фильм совершенно осознанно.

В итоге с «Квартирой» получилось примерно то же, что когда-то с «Луной — суровой хозяйкой» Хайнлайна. Благодаря жизненному опыту и двуязычию удалось прочитать роман именно на том уровне сложности, который Хайнлайн изначально в него и закладывал, когда фраза «Bog knows, tovarischee» понятна до тонкостей без всякого переключения внутреннего контекста. А фильм «Квартира» оказался просмотрен с пониманием всех тонкостей и смыслов, которые вложил в него режиссёр — иммигрант в первом поколении.

Искренне рекомендую пересмотреть.

Вот это совсем другое дело. Теперь мой канал в OnlyFans можно будет стримить в 8k в режиме реального времени.

А если более серьёзно, то отмечу не только заметно возросшую пропускную способность трубы “от меня”, но и чудовищно низкий пинг. Он уменьшился в пять-шесть раз.

В принципе, моя коробочка с pfSense легко потянула бы и больше — но потребовалась бы капитальная переделка всей внутредомовой сети на CAT6, апгрейд всех коммутаторов… в-общем, этот сок не стоит выжимки.

Давненько не доводилось трогать Джаву — и оказалось, что с тех пор многое успело поменяться.

Во-первых, ещё в 2011 году Сан/Оракл наконец открыли исходники Джавы — ну, про это уже было известно. Та самая открытая Джава появилась, например, в Шапке.
А во-вторых, в 2018 году Оракл (видимо, решив поэкспериментировать с реальностью) объявил, что долгосрочную поддержку своей JDK они больше бесплатно давать не будут. А к этому моменту Джава уже работала в бесчисленных облачных и не только проектах, так что вендоры почесали репу и решили, что дешевле и проще будет разливать этот кофий самостоятельно.

И понеслась… Все начали клепать свою Джаву — и теперь у нас есть вариации от Амазона, Azul, SAP и даже самого Микрософта (!) Китайцы тоже подсуетились: теперь своя версия есть у Алибабы, Тенсента, Хуавея… Русские не остались в стороне и тоже разлили этот кофий в свой самовар; для государственных проектов существует, например, Астра JDK. В ней, к слову, есть поддержка русской криптографии ГОСТ-2012.

В общем, про Оракл (и их чудовищный сайт) нынче можно забыть как про страшный сон — бери любую Джаву, какая нравится, и используй под свои нужды. Больше нет нужды связываться с их “родной” JDK и её тупорылым, бессмысленным, и тормозным установщиком.

Для себя выбрана Амазоновская чашка под красивым названием “Корретто”. Это, если что, такой кофейный напиток — эспрессо с капелькой алкоголя, традиционно — с граппой.

Установщик их JDK отличный, продукт поставился моментально. В качестве IDE была выбрана IntelliJ IDEA CE вместо устаревшего в корягу Эклипса. Эклипс, конечно, продукт заслуженный, но застыл по развитию году примерно в 2005. Открылись старые исходники писулек десятилетней давности, и, не поверите, всё скомпилировалось и запустилось. Даже удивительно (и приятно). Современная Джава по производительности теперь, поди, ещё больше уделывает енту вашу корягу под названием “Си-плюс-плюс” 😉

Забавно, что пшеница, оказывается, даёт в среднем меньше ста зёрен с одного растения. Даже современные гибриды и генно-модифицированные сорта. Поэтому урожайность пшеницы по планете в среднем держится в районе 3–4 тонн с гектара. Самые высокие результаты показывают некоторые регионы Западной Европы — Ирландия, Великобритания, Нидерланды — там удаётся получить 6–8 тонн с гектара.

А вот рис — это, прямо скажем, супер-культура. Одно растение (то есть всё, что выросло из одного зерна, пусть и с несколькими стеблями) может дать до двух тысяч зёрен. Поэтому средняя мировая урожайность риса составляет уже 4–6 тонн с гектара, а лучшие регионы — Япония, Вьетнам — стабильно выходят на 8–10 тонн. И это — с одного урожая. Во Вьетнаме порой снимают три урожая в год, получая таким образом до 30 тонн риса с гектара. Пшеница отдыхает и только курит в углу.

Но у риса тоже есть своя беда: он требователен к труду и климату. Скажешь «посадка риса» — и мозг тут же рисует японских крестьян, стоящих раком по колено в воде и под жарким японским солнышком вручную высаживающих рассаду. Кстати, воду используют не только потому, что рис обожает влагу (хотя и это тоже правда), а в первую очередь чтобы подавить сорняки — в затопленных полях они почти не растут, а рис — вполне себе да. Постоянная ирригация, тяжёлый труд, и довольно жёсткие требования к климату (скажем, в США рис растёт только у нас, на Юге) ограничили его распространение за пределами Юго-Восточной Азии. В США основные рисовые площади — это, внезапно, штат Арканзас. Кто бы мог подумать о нём как о «рисовой корзине» страны. В Алабаме рис тоже будет расти, но у нас лапки местность слишком холмистая — а рису для ирригации нужна поверхность ровная, как стол.

Зато пшеница растёт там, где не растёт ровным счётом нихрена. Хоть в Северной Дакоте, хоть в бесконечных полях Саскачевана. Высадишь там рис — и получишь гольный шЫш, а не урожай; а пшеница — колосится себе.

“Ящитаю” ©, что у хорошего сисадмина должен быть не только правильного диаметра, грамотно намоленный бубен, но ещё и специально обученная сисадминская ермолка.

Надевается эта ермолка аккурат утром в пятницу, после восхода солнца — чтобы напоминать нам, что в пятницу мы, кибенемат, продакшен не трогаем под страхом побивания витой парой. Потому что если что-то грохнется — то выходные пойдут коту под хвост.

Но сегодня один наш орёл решил проверить границы мироздания и перегрузил кластер виртуализации Hyper-V. ВЕСЬ. Не по одному хосту, не аккуратно и поочерёдно — а сразу всё, одновременно, чтоб наверняка.

Упало, слава Зевсу и всем богам SLA, не очень много — благо перезагрузка была ещё до начала рабочего дня. Но достаточно для того, чтобы наша мама (финдиректор) написала недоумённое:

«Ребята, у нас сегодня вообще-то зарплата начисляется. Вы там что, решили устроить приключение с утра пораньше?»

А зарплата (и наша мама) — это святое.

Хвост сисадмину мы, конечно, слегка подровняли, но дело, увы, уже было сделано.

Шаббат шалом. И пятничный прод станьте же кто-нибудь охранять. Желательно, с бейсбольной битой наготове.