Мячта

Один из моих люби­мых рус­ско­языч­ных ютуб-кана­лов — «Моск­вич на Моск­ви­чах». На этом кана­ле нет ника­кой поли­то­ты, кото­рая после нача­ла Спе­ци­аль­ной Вол­шеб­ной Опе­ра­ции рас­полз­лась по интер­не­ту, как пле­сень по несве­же­му хле­бу. Навер­ня­ка Ста­ни­сла­ву непро­сто даёт­ся отсе­ка­ние все­го это­го нега­ти­ва от сво­е­го кана­ла — за что ему отдель­ный респект. Ста­ни­слав соби­ра­ет, вос­ста­нав­ли­ва­ет и ремон­ти­ру­ет ста­рые авто­мо­би­ли мар­ки «Моск­вич». При­чём линей­ка у него широ­кая: от древ­них 402‑х (не уве­рен, дохо­дил ли он до совсем дои­сто­ри­че­ских 400‑х) до 2140.

А вот 2141 — уже перед­ний при­вод, пере­стро­еч­ное и пост­пе­ре­стро­еч­ное про­из­вод­ство, и его он аргу­мен­ти­ро­ван­но не любит. Я, в общем-то, тоже. Перед­не­при­вод­ные авто­мо­би­ли мне вооб­ще как-то не близ­ки: дви­га­тель сто­ит боком, и к неко­то­рым местам про­сто хрен под­ле­зешь. Имен­но поэто­му я так люб­лю свою Лесба­ру — дви­га­тель сто­ит по-чело­ве­че­ски. Упёр­тые фана­ты перед­не­го при­во­да могут пой­ти менять све­чи на шести­ци­лин­дро­вых мини­ве­нах. Поже­ла­ем им уда­чи и гиб­ко­сти в суста­вах.

«Моск­ви­чи» вос­ста­нав­ли­вать и ремон­ти­ро­вать мне, разу­ме­ет­ся, не све­тит — не мой это мир и не моя носталь­гия. А вот ста­рые фолькс­ва­ге­нов­ские Жуки, кото­рых в США мильён мильё­нов, — совсем дру­гое дело. Они про­стые, как газо­но­ко­сил­ка: дви­га­тель с воз­душ­ным охла­жде­ни­ем, сто­ит ров­но, а не попе­рёк; зап­ча­стей — вагон и три тележ­ки; а ремон­ти­ру­ют­ся при помо­щи кувал­ды, чьей-то мате­ри, и доб­ро­го сло­ва.

Так что если когда-нибудь появят­ся лиш­ние день­ги, сво­бод­ное вре­мя (и чуть мень­ше здра­во­го смыс­ла), есть у меня одна мяч­та: купить Жука. Жела­тель­но сво­е­го года рож­де­ния. Жела­тель­но с мяг­кой кры­шей, каб­ри­о­лет. И мед­лен­но, без спеш­ки, вос­ста­но­вить его — не ради ста­ту­са, не ради пока­зу­хи, а про­сто пото­му что неко­то­рые вещи в жиз­ни хочет­ся сде­лать рука­ми. Хотя бы один раз.

Ну, что­бы полу­чи­лось, навер­ное, при­мер­но так:

По-насто­я­ще­му ком­форт­ным этот авто­мо­биль, кажет­ся, будет в Ала­ба­ме толь­ко вес­ной и осе­нью — в мои люби­мые вре­ме­на года. Зимой он будет про­хлад­ным, как ему забла­го­рас­су­дит­ся (бен­зи­но­вая печ­ка там живёт сво­ей жиз­нью, точь в точь, как на «Запо­рож­це»), а летом, по нашей жаре, ста­нет душ­но­ва­то — но, подо­зре­ваю, это часть харак­те­ра.

Хотя, вы зна­е­те, учи­ты­вая, что на нём есть нор­маль­ные вет­ро­вые окна, кото­рые нын­че исчез­ли, как кол­ба­са во вре­мя пере­строй­ки, может быть, и тер­пи­мо.