Про всякое

Б…дь, это ж надо было настоль­ко неудач­но выбрать вре­мя для полё­та в Рос­сию. Рейс из Вашинг­то­на в Моск­ву летит почти через север­ный полюс, Нор­ве­гию, Шве­цию, и Фин­лян­дию. Все стра­ны близ­ки к тому, что­бы запре­тить полё­ты рус­ских авиа­ли­ний к соот­вет­ству­ю­щей мате­ри. Моло­дец я, чо. Теперь день­ги могут сго­реть — и потра­чен­ные на доку­мен­ты, и потра­чен­ные на билет. Еро­флот, прав­да, воз­вра­тил день­ги людям на рей­сы в/из Лон­до­на, так что посмот­рим.

Что до вой­ны, то её при­чи­ны понят­ны. Дон­басс и «дена­ци­фи­ка­ция» и про­чие пред­ло­ги, озву­чен­ные в зомбо­я­щи­ке — это, конеч­но, хер­ня, и слу­шать их нече­го. А вот то, что Путин не нашёл дру­гих спо­со­бов обес­пе­чить нев­ступ­ле­ние Укра­и­ны в НАТО, кро­ме как начать махать дуби­ной — это, без­услов­но, печаль­но.

Пла­тить за это, как обыч­но, будут про­стые люди. «Тебе-то что, ты-то за оке­а­ном!» — вопрос спра­вед­ли­вый. Толь­ко вот у моих детей есть рус­ская бабуш­ка, кото­рая теперь с гаран­ти­ей не уви­дит вну­ков в тече­ние мно­гих лет. По срав­не­нию с про­бле­ма­ми людей, кото­рые ночу­ют в киев­ском мет­ро, это, конеч­но, ерун­да. Но каж­до­му своя боль боль­ная.

Ну и бен­зин, конеч­но. Схо­ди­те, погля­ди­те на цен­ни­ки запра­вок. Сфо­то­гра­фи­руй­те на память. Такие цены на топ­ли­во вы уви­ди­те сно­ва очень неско­ро. Да и не толь­ко на топ­ли­во. Укра­и­на, как выяс­ни­лось, круп­ный миро­вой про­из­во­ди­тель ячме­ня. Зна­чит, под­ни­мут­ся цены на пиво и про­чую бры­ка­лов­ку. Мне-то пофиг, я не пью, а дру­гим будет обид­но.

Мне-то будет обид­но, что Укра­и­на про­из­во­дит 90% нео­на, исполь­зу­е­мо­го при про­из­вод­стве мик­ро­про­цес­со­ров в США. Зна­чит, и на ком­пью­тер­ную тех­ни­ку теперь цены опять под­ни­мут­ся. Да и мно­го будет таких неоче­вид­ных «баб­ка за дед­ку, дед­ка за реп­ку». Мало нам было кови­до­бес­ных про­блем, теперь ещё и это.

В‑общем, очень жаль, что всё при­шло к тако­му реше­нию (кото­рое и не факт, что реше­ние). Очень жаль.

UPDATE: Сайт Еро­фло­та лежит как груз на шее утоп­лен­ни­ка. Теперь и не узна­ешь нихе­ра.