Author: Experimenter

Очень инте­рес­ные ста­тьи о без­опас­ном про­ек­ти­ро­ва­нии само­лё­тов (ru). Очень лон­грид, доволь­но тех­ни­че­ский, но дья­воль­ски инте­рес­но. Так, я узнал, как мно­го частей само­лё­тов про­ек­ти­ру­ет­ся не толь­ко для того, что­бы они выдер­жа­ли нагруз­ки, но и для того, что­бы они были наи­бо­лее без­опас­ны при ава­рий­ных вынуж­ден­ных посад­ках. И даже не про­сто что­бы они эту посад­ку выдер­жа­ли, а ещё для того, что­бы если они её не выдер­жи­ва­ют, то нехай они лома­ют­ся так, что­бы не наде­лать дел. В част­но­сти, напри­мер, шас­си про­ек­ти­ру­ют так, что­бы если они отло­ми­лись к соот­вет­ству­ю­щей мате­ри, то что­бы они не про­ты­ка­ли топ­лив­ные баки и не устра­и­ва­ли пожар.

Ан
Дё
Труа

Афффтор очень любит тех­ни­че­ские реше­ния Боинг, чуть более кри­ти­че­ски отзы­ва­ет­ся о Эйр­ба­сах, а вот МС21 или Супер­джет… увы, ава­рий­но на них луч­ше не садить­ся. Жаль.

via lx

Я вот смот­рел на даты рож­де­ния и смер­ти раз­ных извест­ных людей — госу­дар­ствен­ных дея­те­лей, писа­те­лей, учё­ных. Напри­мер, Тео­дор Рузвельт: 1858 — 1919. И всё мне при­хо­ди­ла в голо­ву мысль — вот же, как инте­рес­но, навер­ное, родить­ся в одном веке, дожить до сле­ду­ю­ще­го века, уви­деть и то и то.

А теперь смот­ришь сам на себя — ёлы-палы, да это ж я сам такой. Родил­ся в два­дца­том веке, а живу в два­дцать пер­вом.

Но заме­тил одну вещь — даже теперь по инер­ции ино­гда, когда назы­ва­ешь год, гово­ришь «две тыся­чи такой-то», что­бы отде­лить даты это­го века от дат два­дца­то­го века, хотя оче­вид­но, что если ты сде­лал что-то в восем­на­дца­том году, то это был не 1918 🙂 Тяжё­лое насле­дие про­бле­мы Y2K, блин. Инте­рес­но, дол­го ли с подоб­ны­ми веща­ми муча­лись те, кто жил в 19–20 веках.

Спа­си­бо Бай­де­ну за это!

С при­ня­ти­ем девят­на­дца­то­го июня как феде­раль­но­го празд­ни­ка адми­ни­стра­ци­ей пре­зи­ден­та Бай­де­на в два­дцать пер­вом году, полу­чил­ся ныне трёх­днев­ный уикенд. Ска­та­лись в Мира­мар Бич, Фло­ри­да. Пого­да была — атас, но вечер суб­бо­ты и почти всё вос­кре­се­нье были непло­хи­ми. Разо­гнан­ные по небу остав­ши­е­ся от штор­ма обла­ка дава­ли кра­си­вые зака­ты.

Впер­вые в море уго­дил в отбой­ное тече­ние. Народ его пуга­ет­ся аж жуть, а я как-то не понял, чего тут страш­но­го. Ну попал ты в него. Ну отно­сит оно тебя в море, и что? Надо же про­сто осо­знать, что про­ис­хо­дит и дей­ство­вать соот­вет­ствен­но — плыть вдоль бере­га, пока из отбой­но­го тече­ния не вый­дешь (а оно обыч­но доволь­но узкое) и даль­ше плыть себе спо­кой­но к бере­гу. Чего тут страш­но­го-непо­нят­но­го?

А зна­ко­мый наших семей­ных дру­зей мужик уто­нул. Во как 🙁

Я люб­лю незлоб­ли­вые шут­ки про раз­лич­ные куль­ту­ры и наци­о­наль­но­сти. Вер­нее, конеч­но, про дурац­кие сте­рео­ти­пы — ибо сме­ём­ся мы над дурац­ки­ми сте­рео­ти­па­ми.

Шут­ки про фин­нов:

Как отли­чить шве­да от фин­на? Налить им вод­ки.
Швед про­из­не­сёт тост и выпьет. Финн выпьет мол­ча и спро­сит у шве­да:
–Мы сюда пить при­шли или тре­пать­ся?

И ещё про сте­рео­тип о нераз­го­вор­чи­вых фин­нах: как отли­чить фин­на-интра­вер­та от фин­на-экс­тра­вер­та? Когда вы гово­ри­те с фин­ном-интра­вер­том, он смот­рит на свои ботин­ки, а финн-экс­тра­верт — на ваши.

В подоб­ных шут­ках важ­но толь­ко, что­бы шут­ки были хоро­шие, незло­на­ме­рен­ные. А злые люди в шут­ках наобо­рот, ока­зы­ва­лись при­дур­ка­ми. Вот, напри­мер, шут­ка про еврея и анти­се­ми­та.

Захо­дит анти­се­мит в бар, а там тол­па наро­ду и в угол­ке сидит еврей, в кипе, как пола­га­ет­ся.
Анти­се­мит доста­ёт день­ги и гром­ко гово­рит бар­ме­ну: «за мой счёт пиво всем, кро­ме еврея!» Бар­мен налил всем пиво, а еврей толь­ко улыб­нул­ся.
Анти­се­мит опять гром­ко зака­зы­ва­ет пиво на всех, кро­ме еврея. Еврей опять толь­ко улыб­нул­ся. Анти­се­мит гово­рит бар­ме­ну:
–Слу­шай, а чего это он, а? Ниче­го мне не ска­зал, толь­ко сидит и улы­ба­ет­ся?
–Сэр, так ведь он и вла­де­ет заве­де­ни­ем.

А ещё, а ещё!!!! А ещё я в интер­не­тах нако­нец нашёл шут­ки, кото­рые евреи друг дру­гу рас­ска­зы­ва­ют про гой­им (неев­ре­ев)!!!!

Гой зво­нит пожи­лой маме по теле­фо­ну:
–Мама, как у тебя дела, как ты себя чув­ству­ешь?
–Да всё хоро­шо сынок, спа­си­бо, что спро­сил.
И оба веша­ют труб­ки.

Гой идёт по база­ру и видит хоро­шую курт­ку:
–Сколь­ко сто­ит эта курт­ка?
–Пять­сот дол­ла­ров.
–Хоро­шо, беру!

Мама-неев­рей­ка раз­го­ва­ри­ва­ет с сыном, кото­рый закон­чил шко­лу:
–Сынок, ты кем хочешь стать?
–Навер­ное, даль­но­бой­щи­ком, мама.
–Вот и хоро­шо.

На ули­це встре­ча­ют­ся два дру­га-гоя:
–О, при­вет, как дела? Я слы­шал, у тебя новый биз­нес? И как идут дела?
–Спа­си­бо, про­сто заме­ча­тель­но!
И рас­хо­дят­ся.

И — люби­мая — гой зво­нит маме:
–Алё, мама? Я знаю, что у нас дома зва­ный ужин, и ты мно­го чего при­го­то­ви­ла, но не смо­гу при­е­хать.
–Хоро­шо, сынок.

Люб­лю такой юмор… он как бы мно­го­слой­ный.

Нако­нец-то баси­сту Метал­ли­ки дали сыг­рать (и запи­сать) чело­ве­че­ский бас на «Жне­це Скор­би». Жаль, нету это­го в ори­ги­на­ле.

Ста­ре­ют, конеч­но, отцы, ста­ре­ют. Я отме­тил, что они уже несколь­ко лет вжи­вую игра­ют на тон ниже, чем на запи­си. Изна­чаль­но «Жнец» напи­сан в тональ­но­сти ми минор, а тут они его игра­ют ми-бемоль минор — папа­ша Хет­филд уже не может так высо­ко петь, как рань­ше.

Вто­рой сезон «Вашей чести» всё же был хорош. И боль­ше все­го понра­вил­ся конец — где героя нашла своя награ­да, а каж­дой гни­де воз­да­лось по пол­ной, в том чис­ле и това­ри­щу судье. Люб­лю такие кон­цов­ки, где ну хотя бы боль­шин­ство вещей раз­ло­же­ны по полоч­кам. «Во все тяж­кие», с тем же, обрат­но, вели­ко­леп­ным Крэн­сто­ном, тоже так закон­чил­ся.

«Теге­ран» очень нам понра­вил­ся. Реа­ли­стич­но­сти там, конеч­но же нет. Ну не будет нор­маль­ная раз­вед­ка так раз­бра­сы­вать­ся аген­та­ми — зада­чу выпол­нил — до сви­да­нья. Люди с таким коли­че­ством опы­та выжи­ва­ния в исклю­чи­тель­но враж­деб­ной атмо­сфе­ре — бес­цен­ны! И какой смысл, спра­ши­ва­ет­ся, в том, что­бы уби­вать глав­но­го бар­ма­лея? Глав­бар­ма­лей ведь не себя само­го пред­став­ля­ет, он пред­став­ля­ет собой Кон­то­ру. А в Кон­то­ре неза­ме­ни­мых нет, убьёшь одно­го — на его место тут же вста­нет дру­гой, и не факт, что он будет тебе луч­ше.

Но нра­вит­ся он нам не реа­ли­стич­но­стью, а тем, что это хоро­ший трил­лер, дер­жит в напря­же­нии. Ну и когда одно­го из бар­ма­ле­ев отра­ви­ли Нович­ком — я чуть от тако­го пово­ро­та не взвизг­нул.

Непро­смот­рен­ное:

«Come Out Fighting». Боги мои, в игре Command and Conquer: Red Alert ком­пью­тер­ная гра­фи­ка была как бы не получ­ше, чем в этом кино. Когда цигей­ко­вый лёт­чик сбро­сил цигей­ко­вые раке­ты на цигей­ко­вый паро­воз, и цигей­ко­вые тан­ки цигей­ко­во упа­ли с цигей­ко­вой насы­пи — выру­бил к соот­вет­ству­ю­щей мате­ри, нет моих сил в 2023 году кино так низ­ко­бюд­жет­но выгля­дя­щее смот­реть. Вклю­чил исклю­чи­тель­но из-за Доль­фа Лунд­гре­на, но до него досмот­реть так и не смог.

«One Ranger». Нача­лось вро­де нор­маль­но, но когда этот Техас­ский рен­джер заго­во­рил с Вот Такен­ным Техас­ским Акцен­том, что сра­зу ста­ло понят­но, что он при­ду­ри­ва­ет­ся и при­тво­ря­ет­ся, тер­пе­ние моё нача­ло закан­чи­вать­ся.

А когда Рен­джер с Вот Такен­ным Акцен­том из како­го-то древ­не­го кара­муль­ту­ка, заря­жа­е­мо­го патро­на­ми с без­обо­ло­чеч­ны­ми свин­цо­вы­ми пуля­ми (!), умуд­рил­ся с рук (!!), с дистан­ции в пол-мили (800 мет­ров!!!) попасть по быст­ро дви­жу­щей­ся цели (!!!!) и с пер­во­го попа­да­ния раз­бить ей дры­га­тель вдра­бо­дан (!!!!!) — душа моя не выдер­жа­ла. Если бы он его из Бар­ре­та 50БМГ с совре­мен­ным опти­че­ским при­це­лом при­ло­жил — я б ещё хоть как пове­рил. А древним без­обо­ло­чеч­ным патро­ном, без зака­лён­но­го сер­деч­ни­ка, мед­лен­ной пулей, из древ­не­го кара­муль­ту­ка, с антич­ным опти­че­ским при­це­лом, в кото­рый вид­но при­мер­но них­ре­на — нет, дара­гой, изви­ни-подвинь­ся.

Была дама по име­ни Сара Бет­тенз, солист­ка ансам­бля «K’s Choice», пела извест­ные пес­ни, напри­мер, хит «Not an Addict» или «Everything For Free»

Потом откры­лась как лес­би­ян­ка (что, впро­чем, сюр­при­зом ни для кого не ста­ло). Пере­еха­ла аж на Юг США, в штат Тен­нес­сии, где ста­ла пожар­ным в горо­де Джон­сон Сити. Потом пере­еха­ла в Кали­фор­нию, где, опять же, была пожар­ным в горо­де Кафед­рал Сити. А теперь ста­ла муж­чи­ной по име­ни Сэм Бет­тенз, и теперь он сно­ва стал зани­мать­ся музы­кой.

Я транс­ген­де­рам вооб­ще сочув­ствую. Но одно пони­маю пло­хо — лад­но бы он был гита­ри­стом или пиа­ни­стом. Но вокал-то от гор­мо­нов очень силь­но меня­ет­ся, при­чем без­воз­врат­но. И как теперь петь свои ста­рые пес­ни-то? Не то, что­бы там был какой-то осо­бен­ный класс­ный вокал — две окта­вы с поло­ви­ной от силы — но всё рав­но. Созда­вать новый музы­каль­ный мате­ри­ал? Нын­че на этом осо­бо не зара­бо­та­ешь.