Книги

А ещё я начал читать кни­ги. Вер­нее, ска­жем так — читать кни­ги-то я все­гда читал. Про­сто я (по-англий­ски) читал non-fiction, читать худо­же­ствен­ную лите­ра­ту­ру в голо­ву как-то не при­хо­ди­ло, хотя под настро­е­ние несколь­ко книг оси­лил. Более того, даже как-то наты­кал­ся на мне­ние, пре­не­бре­жи­тель­ное по отно­ше­нию к худ­ли­ту, мол, не чита­ем вся­кую вымыс­ля­ти­ну. Ну хоро­шо, а когда мы смот­рим кино и сери­а­лы, мы что видим-то? Неуже­ли доку­мен­та­ли­сти­ку?

Так что актив­но начал читать худо­же­ствен­ную лите­ра­ту­ру, во мно­го раз актив­нее, чем рань­ше. Неде­лю назад оси­лил отлич­ный роман.

Исклю­чи­тель­но хоро­шо напи­сан, пря­мо насла­ждал­ся исто­ри­ей малень­ко­го горо­диш­ки Потт­ста­у­на и его жите­лей. Автор — Джеймс Мак­Брайд:

Во мно­гом Джеймс пере­ска­зы­ва­ет соб­ствен­ную исто­рию и био­гра­фию. В вымыш­лен­ном горо­де Потт­ста­уне 1920–1930х, кото­рый он опи­сы­ва­ет, в одной из его частей бок о бок жили наи­бо­лее бес­прав­ные его жите­ли — чер­но­ко­жие, евреи, и про­чие имми­гран­ты. Это сей­час у нас вез­де доро­га всем (или почти вез­де и почти всем), а тогда фиг вам был, а не рав­ные пра­ва. Буде­те жить там, где ска­жут, еврей ли ты, убе­га­ю­щий от Гит­ле­ра или рус­ский, смо­тав­ший­ся от боль­ше­ви­ков. Рабо­тать ты тоже не вез­де устро­ишь­ся. Гов­но­во­зом пожа­луй­ста, а вра­чом фигуш­ки. Спа­си­бо тебе, Мар­тин Лютер Кинг.

У Мак­Брай­да отец был чер­но­ко­жим, а мама была еврей­кой. Так что фор­маль­но он еврей. И опи­сы­вал он то, про что ему мама в своё вре­мя рас­ска­зы­ва­ла. То-есть, без­на­дё­гу и бес­про­свет­ность Аме­ри­ки нача­ла два­дца­то­го века, да ещё с вели­кой депрес­си­ей. Роман доволь­но тяжё­лый, но для неко­то­рых пер­со­на­жей всё же закан­чи­ва­ет­ся хоро­шо.

Ну, и самое глав­ное в кни­ге — это дей­ству­ю­щие лица, кото­рых там очень мно­го. Но сле­дить за все­ми очень про­сто — Джеймс обя­за­тель­но удо­сто­ве­ри­ва­ет­ся, что всех преды­ду­щих ты уже встре­тил и с ними хоро­шо позна­ко­мил­ся, преж­де чем доба­вить ново­го пер­со­на­жа. Язык про­сто исклю­чи­тель­ный — образ­ный, с уве­рен­ным сти­лем, умный, но без излиш­ней вити­е­ва­то­сти, хотя неко­то­рые узкое­в­рей­ские фиш­ки при­шлось искать в сло­ва­ре. Я, напри­мер, не знал рань­ше, что такое «миньян». А теперь знаю (необ­хо­ди­мое чис­ло чело­век в сина­го­ге для бого­слу­же­ния).

Реко­мен­дую к про­чте­нию.