Херовые у меня кости. Иногда я думаю, что мне достался женский скелет вместо мужского. Что у моего отца, что у деда те же руки были крупные, мужицкие, с толстыми мощными пальцами, широкими запястьями. А я скелет унаследовал от матери: у меня руки всегда были изящные, почти женские, с длинными тонкими пальцами. Для игры на фортепиано или гитаре такие пальцы это, конечно, хорошо, а вот жить с такими костями хреново — с возрастом они перестают выдерживать нагрузку, и начинаются эксцессы.
Мой позвоночник уже перенёс три операции кряду, в результате которых я на семь лет присел на опиоиды — а они по силе воздействия примерно как героин. В начале 2024 года я, слава Асклепию, смог со всего этого слезть, но, бляха муха, недолго музыка играла — мне требуется ещё одна операция на нижнем отделе позвоночника (для тех, кто понимает — L5-S1), ориентировочно примерно в октябре, что значит возвращение в тёплые руки препаратов опия.
Понятное дело, имея опыт слезания с наркотических препаратов я уже знаю, чего ждать, чего не ждать, и чего опасаться. Но всё равно, знаете ли, неприятная это вещь. Может быть в этот раз я тупо потребую сабоксон (схож с метадоном), чтобы было не так тяжко слезать с. В прошлый раз у меня было, на что отвлечься. В этот раз — уже (увы?) не будет.
Getting old sucks.