Жулик-опоссум продолжает воровать еду у моего кота. Отожрался, скотина.
Вот тут мною была подвешена фотка этого воришки таким, каким он был в октябре:
А теперь поглядите, как округлилась нынче эта зараза. Пушистый стал, красивый.
А харя, харя-то? Это уже не харя — это будка. Поперёк себя шире:
Но… «всё равно его не брошу, потому что он хороший».
Пусть живёт. Пусть ворует. Пусть гоняет всякую заразу и жрёт за мой счёт.
Заслужил.