Читаю довольно любопытную книгу пера Джеймса Авиретта, капеллана Конфедеративной Армии. Он сын владельца плантации Авиретт-Стивенс, что в Северной Каролине (плантация, кстати, до сих пор стоит, можно посетить). Книга задумывалась как ответ «Хижине дядюшки Тома» Бичер-Стоу, которая описала довоенный Юг далеко не в пастельных тонах. Нет, чего говорить, сама постановка вопроса о том, что один человек владеет другим как собственностью — с современной точки зрения, конечно, является дичью. Хотя вообще-то с точки зрения Библии, так ценимой большим количеством людей, рабство — это хорошо и правильно. Но как мне кажется, большинство людей, когда думают о рабстве, думают не о самом смысле рабства, а скорее о том, как хозяин обращался со своей собственностью. И что сам термин «рабство» вызывает у большинства ассоциации с порками на конюшнях, жизнью впроголодь, продаванием детей, жены раба другому хозяину. И такое, безусловно, тоже имело место быть, хотя разбивание семьи происходило довольно редко; как правило, только либо в виде наказания за какие-то очень серьёзные провинности, либо в экстраординарных случаях типа раздела наследства.
Кроме того.
Во-первых, телесные наказания, ничем не менее, а часто даже более суровые, чем на плантациях, широко практиковались в то время, например, на флоте. За то же мужеловство на кораблях народ, например, без затей вешали.
Во-вторых, уж чего-чего, а кормили рабов неплохо, если надо — лечили, давали им не самое плохое жильё. Почему? Потому что плантация — это сугубо капиталистическое предприятие. Если с рабами постоянно обращаться плохо, невозможно обеспечить высокую производительность труда и получение прибыли.
В‑третих, сам раб стоил очень недёшево.
Вот копия купчей крепости 1840 года, где помимо всего прочего, было продано четверо рабов: две рабыни (одна с ребёнком) и один раб:
Как видим, «негр мужеска пола Джон» был продан за 800 долларов. Восемьсот долларов в 1840 году в переводе на наши деньги это около 22 тысяч долларов.
Вот подумай сам, если ты купил что-то за 22 тысячи долларов, например, новенький трактор Кубота B3350SUHSD с фронтальным погрузчиком, ты как будешь с этим трактором обращаться? Заливать в него всякую срань вместо солярки и держать под открытым небом? Или всё же аккуратно менять масло, ставить под навес, потчевать его качественным горючим? Вот то-то.
Другой факт заключается в том, что продажу рабов из Африки в США сделали незаконной в 1808 году. Т.е. новых рабов больше не привозили. В 1808 году количество рабов составляло 440 тысяч человек, а в 1860м году — 4.5 миллиона, то-есть, за 50 с небольшим лет население рабов увеличилось более, чем вдесятеро. Если с рабами в массе обращались так отвратительно, как описала Бичер-Стоу (никогда, кстати, на Юге не жившая), как ты думаешь, наблюдался ли бы такой же прирост? Я даже больше скажу. Количество рабов увеличивалось намного быстрее, чем количество свободных во всех отношениях белых фабричных рабочих на Севере. Вообще, если мы посмотрим на историю США, то мы увидим, что рабовладение получило по-настоящему широкий размах только когда условия жизни в колониях улучшились настолько, что владеть рабами стало рентабельно. До этого в самых тяжёлых, опасных условиях по колено в говнище и по локоть в кровище работали белые должники, отрабатывавшие какие-то долги (например, за перевоз себя из Ирландии в Новый Свет). Их, в случае чего, было не жалко — они не стоили 800 долларов.
Я очень далёк от мыслей «как тогда всё было хорошо и правильно» и прочих соплей в сахаре про довоенный Юг типа начала х/ф «Унесённые Ветром». Но во-первых, излишне демонизировать тоже не надо, а во-вторых, надо сравнивать сравнимое. Если мы будем сравнивать сейчас и тогда, то ничего, кроме ужаса и благодарности, что сейчас не 1840й год, такое сравнение не даст. А если мы будем сравнивать жизнь раба на южной плантации и жизнь белого рабочего на Севере в одном временном промежутке — то уже можно придти к разным мнениям.
PS: Книгу можно прочитать здесь: http://docsouth.unc.edu/fpn/avirett/avirett.html