Lab Journal 6

Если надо при­го­то­вить кар­то­фель­ное пюре, вме­сто того, что­бы кар­то­фель чистить, потом дол­го отва­ри­вать и так далее, зна­чи­тель­но про­ще взять нуж­ное коли­че­ство кар­то­фе­ля, нако­лоть его вил­кой или ножом (что­бы не взо­рвал­ся), запечь в мик­ро­вол­нов­ке, а потом выко­во­рить гото­вый кар­то­фель из кожу­ры и сде­лать пюре. Это мини­мум в три-четы­ре раза быст­рее; кро­ме того, уди­ви­тель­ное дело, но заод­но полу­ча­ет­ся зна­чи­тель­но вкус­нее, так как вкус из кар­тош­ки не ухо­дит в воду.

Рань­ше на 1000 ярдов (915 мет­ров) у меня ухо­ди­ло 32 мину­ты.

Про­шло три меся­ца, и сей­час — толь­ко 25. Это, конеч­но, дале­ко не уро­вень Майк­ла Фелп­са, но во-пер­вых, я пла­ваю не кро­лем, а брас­сом; кро­ме того муд­рость жиз­ни состо­ит в том, что сорев­но­вать­ся надо не с дру­ги­ми, а с самим собой — срав­ни­вать надо как ты умел что-то делать рань­ше с тем как ты это уме­ешь делать сей­час.

На ста­рой запи­си не сохра­нил­ся сер­деч­ный ритм, а жаль. Но судя по под­счи­тан­но­му коли­че­ству потра­чен­ных кало­рий, был в рай­оне мини­ма 170–180. А щас мень­ше 160.

Вот тут вил­ка, блин — при­хо­дишь в луч­шую фор­му, и начи­на­ешь затра­чи­вать мень­ше кало­рий на ту же самую тре­ни­ров­ку. Рань­ше я пол­но­стью удо­вле­тво­рял то, что от меня каж­до­днев­но тре­бо­ва­ли часы, а щас фиг — допол­ни­тель­но надо пла­вать.

Кста­ти, вот инте­рес­но, есть ли настоль­ко про­дви­ну­тые умные часы, кро­ме яблоч­ных, с кото­ры­ми мож­но пла­вать, и кото­рые под­дер­жи­ва­ют все эти функ­ции, как-то: опре­де­ле­ние дистан­ции заплы­ва, авто­ма­ти­че­ское опре­де­ле­ние сти­ля, кото­рым пла­ва­ешь (яблоч­ные уве­рен­но рас­по­зна­ют брасс, кроль, спи­ну, и батт)? Я про такие не слы­шал.

PS: Про­дол­жать осва­и­вать кроль не буду. Каж­дый раз, когда им пла­ваю, у меня дико кру­жит­ся голо­ва от посто­ян­ных пово­ро­тов баш­ки и туло­ва. Не с моей шеей этим сти­лем пла­вать. Луч­ше я бат­том овла­дею.

У нас в оче­ред­ной раз зате­ва­ют пере­пись насе­ле­ния, кото­рая будет про­хо­дить в 2020 году.

И вот что инте­рес­но. Соглас­но феде­раль­но­му кодек­су США, за отказ участ­во­вать в пере­пи­си мож­но схло­по­тать штраф в сто дол­ла­ров (не пря­мо что­бы силь­но чув­стви­тель­но, но всё же). А за отве­ты, не соот­вет­ству­ю­щие дей­стви­тель­но­сти, может обло­мить­ся штраф уже в пять­сот, а то и более дол­ла­ров.

А меж тем у пре­ступ­ни­ков есть пра­во сохра­нять мол­ча­ние, по пятой поправ­ке к Кон­сти­ту­ции.

Инте­рес­но дев­ки пля­шут — у пре­ступ­ни­ков, зна­чит, есть пра­во не отве­чать на вопро­сы, а у обыч­ных людей — фигуш­ки.

На деле, конеч­но, за послед­ние 50 лет за отказ участ­во­вать в пере­пи­си нико­го не штра­фа­ну­ли. Но закон, тем не менее, оста­ёт­ся в силе.

Инте­рес­ный арте­факт — доволь­но деталь­ная воен­ная совет­ская кар­та Гуд­зон­ско­го зали­ва и части Ман­хет­те­на, 1982 год. Немно­го кли­ка­бель­но.

На слу­чай бое­вых дей­ствий и высад­ки десан­та, что ли?

Инте­рес­но было бы погля­деть на аме­ри­кан­ские ана­ло­ги.

Какой этни­че­ский состав я у себя подо­зре­вал — вот ров­но такой он и ока­зал­ся, про­сто тютель­ка в тютель­ку:

Скан­ди­на­вов я тоже дав­но у себя подо­зре­вал — доста­точ­но взгля­нуть в мои свет­ло-голу­бые очи и на рыжую боро­ду, как сра­зу ста­но­вит­ся понят­но, что в дым­ную избу моей пра-пра-пра… бабуш­ки загля­нул викинг.

У кого-то там инте­рес­но полу­ча­ет­ся, кто-то там испан­цев-гре­ков у себя в род­ствен­ни­ках нахо­дит — а у меня очень про­за­и­че­ски. Типич­ный набор рус­ско­го чело­ве­ка ниже­го­род­ской губер­нии, за выче­том татар (не дошли туда они, что ли?). Один вышел малый неждан­чик — я пола­гал, что у меня в кро­ви есть какой-то про­цент евре­ев-ашке­на­зов. Не, ока­за­лось, нихе­ра. Нуль целых, нуль деся­тых. Если и были у меня род­ствен­ни­ки-евреи, то либо не по кро­ви, либо были евре­я­ми толь­ко по вере.

Так­же уди­ви­ло коли­че­ство рас­ки­дан­ных по все­му зем­но­му шару даль­них род­ствен­ни­ков. Самы­ми близ­ки­ми из кото­рых, прав­да, были чет­ве­ро­ю­род­ные бра­тья и сёст­ры — то-есть, дети тро­ю­род­ных бра­тьев-сестёр моих роди­те­лей. Фами­лии — самые раз­ные. И англо­сак­сон­ские, и фин­ские, и рус­ские — каких толь­ко нет. Но, пола­гаю, это у всех у нас так? Кто ещё пле­вал в про­бир­ку? Чо у вас там с род­ствен­ни­ка­ми? Тоже, поди, нава­лом?

Ещё у граж­дан, у кото­рых под­го­ре­ло, есть забав­ная реак­ция на «Чер­но­быль». Они сра­зу начи­на­ют вспо­ми­нать про то, что «а у вас была Фуку­си­ма» или «а у вас был Три Майл Айленд». Что явля­ет­ся иде­аль­ным при­ме­ром «аргу­мен­та» в сти­ле «а как там нащот», то-есть, сбоя в логи­ке «аргу­мен­ти­ру­ю­ще­го», оправ­ды­ва­ю­ще­го, с его точ­ки зре­ния, пред­мет, им защи­ща­е­мый. Это, оче­вид­но, не аргу­мент — нали­чие чего-то пло­хо­го у одной сто­ро­ны не оправ­ды­ва­ет нали­чие пло­хо­го у дру­гой.

А вооб­ще, если уж ран­жи­ро­вать про­ис­ше­ствия на ядер­ных элек­тро­стан­ци­ях не по серьёз­но­сти конеч­но­го уро­на, а по пофи­гиз­му и напле­ва­тель­ству на здра­вый смысл, то на пер­вое место с боль­шим отры­вом, по мое­му мне­нию, вый­дет исто­рия на АЭС Бра­унс-Фер­ри, что в шта­те Ала­ба­ма (бук­валь­но сорок минут езды от меня).

Там два граж­да­ни­на про­ве­ря­ли нали­чие уте­чек воз­ду­ха зажжё­ной свеч­кой. Утеч­ки они иска­ли в местах, где элек­три­че­ские кабе­ли про­хо­дят сквозь сте­ну, а гер­ме­тич­ность обес­пе­чи­вал уплот­ни­тель из вспе­нен­ной рези­ны. Один из граж­дан свеч­кой эту рези­ну зажёг, и начал­ся пожар. Рези­на, повто­рюсь, уплот­ня­ла место про­хож­де­ния элек­три­че­ский кабе­лей, и прак­ти­че­ски всей элек­три­ке на АЭС очень быст­ро при­шёл цугун­дер. Элек­три­че­ством запи­ты­ва­ют­ся насо­сы, про­ка­чи­ва­ю­щие воду через актив­ную зону реак­то­ров. Насо­сы очень быст­ро пре­кра­ти­ли рабо­ту, и во весь рост вста­ла та же самая про­бле­ма, что и на Фуку­си­ме — пер­спек­ти­ва пере­гре­ва и рас­плав­ле­ния актив­ной зоны реак­то­ра из-за отсут­ствия про­ка­чи­ва­е­мо­го хлад­аген­та. К чести аме­ри­кан­ско­го обслу­жи­ва­ю­ще­го пер­со­на­ла, они не рас­те­ря­лись, и бук­валь­но «из того, что было» суме­ли собрать систе­му охла­жде­ния, заис­поль­зо­вав резерв­ный насос для кон­ден­са­та для про­кач­ки воды в актив­ную зону. Для это­го, прав­да, при­шлось спу­стить пар из реак­то­ра — насос для кон­ден­са­та не мог раз­вить необ­хо­ди­мое дав­ле­ние. Япон­цы не смог­ли вовре­мя раз­ре­шить эту про­бле­му, так что всё кон­чи­лось имен­но что рас­плав­ле­ни­ем актив­ной зоны и ухо­дом её в поч­ву (отку­да её теперь хер выко­во­ришь).

Дура­ков в дан­ной исто­рии двое — те, кто зажгли уплот­ни­тель, и те, кто раз­ре­ши­ли исполь­зо­вать в каче­стве уплот­ни­те­ля горю­чий мате­ри­ал. Сла­ва Плу­то­ну, уро­ки были выуче­ны, и вме­сто рези­ны ста­ли исполь­зо­вать него­рю­чий мате­ри­ал на осно­ве сили­ко­на.

Выход «Чер­но­бы­ля» на экране в оче­ред­ной раз про­из­вёл мас­со­вое под­го­ра­ние у части граж­дан. И они нача­ли писать о том, что щас мы вот под­по­я­са­ем­ся, шнур­ки погла­дим и — ОТВЕТИМ.

Стран­ны мне раз­го­во­ры об «рос­сий­ских отве­тах Гол­ли­ву­ду». Необ­хо­ди­мость отве­та обу­слав­ли­ва­ет нали­чие задан­но­го вопро­са, на кото­рый надо отве­чать. А Гол­ли­вуд нико­му ника­ких вопро­сов не зада­ёт, он про­сто суще­ству­ет и зара­ба­ты­ва­ет день­ги. А рос­сий­ский кино­пром поче­му-то всё «отве­ча­ет» и «отве­ча­ет». «Отве­ты», прав­да, в про­ка­те про­ле­та­ют как фане­ра над горо­дом Пари­жем.

Ну и с Гол­ли­ву­дом, с этой шко­лой, с эти­ми про­фес­си­о­на­ла­ми сопер­ни­чать напря­мую, КМК, бес­смыс­лен­но. Глав­ная беда рос­сий­ско­го кино — с моей точ­ки зре­ния — это херо­вый звук. Кар­тин­ку делать кра­си­вой научи­лись, с этим всё нор­маль­но. Игра актё­ров — не небез­упреч­на, но и не отвра­ти­тель­на. А вот звук поче­му-то дела­ют какие-то откро­вен­ные пете­уш­ни­ки. Он неесте­стве­нен, он не сов­па­да­ет с тем, что про­ис­хо­дит на экране, он даже с губа­ми актё­ров не все­гда син­хро­ни­зи­ро­ван. Я уж не гово­рю о таких мело­чах, как то, что голос чело­ве­ка, когда он пово­ра­чи­ва­ет голо­ву, дол­жен менять­ся — не, это недо­ступ­но. Актёр на озвуч­ке как фига­рил напря­мую в мик­ро­фон, так и про­дол­жа­ет фига­рить. В резуль­та­те полу­ча­ет­ся какая-то ерун­да. При­чём, это даже в нор­маль­но, вро­де, сде­лан­ных филь­мах такое — я отс­мот­рел, напри­мер, «Эки­паж» и «При­тя­же­ние» — вез­де одна и та же фиг­ня: смот­реть мож­но, слу­шать — нет. А ведь эти филь­мы не про­ва­ли­лись в про­ка­те, а даже при­нес­ли некую при­быль (и ника­ки­ми «отве­та­ми Гол­ли­ву­ду», кста­ти, не явля­лись). Что тво­рит­ся в менее рас­кру­чен­ных филь­мах — и пред­ста­вить боюсь.

И лич­но мне так кажет­ся, что госу­дар­ству надо пере­стать давать день­ги рос­сий­ско­му кине­ма­то­гра­фу. Поче­му-то вот есть такой бздик, что искус­ство надо под­дер­жи­вать. А вот не надо его под­дер­жи­вать. Искус­ство все­гда было делом ком­мер­че­ским, и арти­сты (в широ­ком смыс­ле это­го сло­ва) все­гда зара­ба­ты­ва­ли искус­ством день­ги. Мике­ле­ан­дже­ло раз­ри­со­вы­вал Сикс­тин­скую Капел­лу не из люб­ви к искус­ству, а пото­му что ему за рабо­ту дали дохе­ра денег; в это вре­мя боль­шие день­ги были у двух орга­ни­за­ций — у монар­хов и у церк­ви. Не быва­ет неком­мер­че­ско­го искус­ства. Даже если что-то созда­ёт­ся не ради того, что­бы кон­крет­но зара­бо­тать денег, то оно созда­ёт­ся для того, что­бы понра­вить­ся кому-то дру­го­му (сиречь — про­ре­кла­ми­ро­вать созда­те­ля). А дава­ние денег госу­дар­ством поощ­ря­ет не тех, кто может создать ПРОДУКТ, а тех, кто уме­ет хоро­шо при­ма­зать­ся к кор­муш­ке.

Вот вы как дума­е­те — «брен­до­вый» бен­зин, напри­мер, Шелл или Бри­тиш Пет­ро­ле­ум — луч­ше «про­сто­го»? Я вот тоже рань­ше думал, что луч­ше. Я тут как раз недав­но стра­дал, что вме­сто при­выч­ных 28 миль на гал­лон с кон­ди­ци­о­не­ром я про­ез­жал толь­ко 27. Это было с бен­зи­ном «Шелл».

А неде­лю назад я запра­вил­ся рабо­че-кре­стьян­ским бен­зи­ном с заправ­ки «Пай­лот» (он же Flying J), где даль­но­бои тусу­ют­ся. И с охре­не­ни­ем уви­дел, что 27 миль на гал­лон пре­вра­ти­лись в эле­гант­ные шор­ты в 27.6. Ну, с вклю­чён­ным кон­ди­ци­о­не­ром, поэто­му всё же мень­ше изна­чаль­ных 28.

А ещё этот бен­зин дешев­ле — два два­дцать вме­сто двух трид­ца­ти в наших ценах. Жаба, доволь­но похрю­ки­вая, успо­ко­и­лась.

Вот такие пиро­ги. Меха­низм мне мало ясен — пола­гаю, что, может быть, в шел­лов­ском бен­зине боль­ше спир­та?

Став­лю тут хрень для уда­лён­но­го руле­ния сер­ве­ра­ми через RDP через любой бра­у­зер, под­дер­жи­ва­ю­щий HTML5. Очень удоб­но, пото­му что мож­но рулить всем хоть с теле­фо­на, хоть с маши­ны под Фрю­ник­сом. Хрень назы­ва­ет­ся Guacamole (Гуа­ка­мо­ле) — это назва­ние такой мек­си­кан­ской закус­ки (или соуса для мака­ния, это уж как назвать). Надо было как-нибудь при­ду­мать, какие име­на дать двум сер­ве­рам. При­ду­мал — назвал «аво­ка­до» и «кин­за» (два основ­ных ингри­ди­ен­та для это­го соуса). Началь­ник посме­ял­ся, но выбор одоб­рил 🙂

А вы гово­ри­те, что в систем­ном адми­ни­стри­ро­ва­ние нет полё­та фан­та­зии 🙂