В обсуждении поста про Горчева началась интересная дискуссия: а как это вообще можно быть «советским националистом»? Это действительно непонятно? А очень легко и просто.
Почему-то в русском языке слова «национальность», «нация» и прочие окололежащие — несмотря на очевидное латинское происхождение от natio — прижились почти исключительно в смысле «этническая принадлежность».
А по сути это неверно. Нация — это нынче отнюдь не набор гаплогрупп и не этнос.
В одном из современных политических пониманий нация — это граждане одного государства, участники одного и того же политического проекта. Вот есть, например, американская нация: у меня в паспорте так и написано — Nationality: United States of America. И «я другой такой страны не знаю», где набор граждан имел бы большее этническое разнообразие, чем у нас.
А в Российской Империи всё было ещё проще: «како веруешь?» Православный — значит, русский. Даром, что фон Визин. Пушкин, вон, про Фонвизина так и писал: «Что он, нехристь?! Он русский, из прерусских русской!»
Поэтому никакого противоречия между национализмом и многоэтническим составом этой самой нации нет. Для националиста принадлежность к своей нации — это главный отличительный признак. Все, кто к ней относятся, свои. Все остальные — чужие. Ну и, понятное дело, заведомо более ущербные, как водится.
Всё нормально. Всё очень просто в мире националиста: «все, кто моей нации, — хорошие; все остальные — плохие».
Так что да, даже еврей мог быть советским националистом. Формально в СССР, конечно, говорили не «советская нация», а «советский народ», но по сути это были те же яйца — вид сбоку: «советские люди — лучшие в мире, а все остальные хуже». Ловкость рук и никакого мошенства.
Да и вообще, национализм как таковой — не последовательная философия. Он тупо про то, кто «свой», а кто «чужой». А уж где эту границу провести — по крови, паспорту, языку, культуре, имперской лояльности, телевизору, или справке из собеса — это исключительно дело техники.